Иван Гущин: «Если мы включим «офицерский дом» в реестр, у Порохового просто не найдется денег» - «История»

Глава Комитета по охране ОКН о раздоре в рядах градозащитников и суде с Обществом охраны памятников

В Комитете по охране объектов культурного наследия РТ впервые прокомментировали скандал, разгоревшийся в среде градозащитников вокруг «офицерского дома» Казанского порохового завода. Татарстанское отделение Общества охраны памятников истории и культуры подало иск к ведомству Ивана Гущина, так как оспариваемый объект не включили в реестр ОКН, как это рекомендовал научно-методический совет. Истец утверждает, что здание в опасности, ответчик же уверен, что дому ничего не грозит — он уже под охраной государства как исторически ценный градоформирующий объект, и его включение в реестр только ухудшит ситуацию. Подробности — в материале «Реального времени».

«Протокола нет и решение было принято устно»

Среди защитников казанской старины, по сути преследующих одни и те же цели, зреет серьезный конфликт. Татарстанское отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры обратилось в суд, дабы признать недействительным приказ Комитета по охране ОКН, из-за которого «офицерский дом» Казанского порохового завода не включили в реестр объектов культурного наследия. Речь о старинном деревянном здании в Кировском районе Казани по адресу ул. 1 Мая, 16, постройки начала XIX века, где в прежние годы квартировало заводское начальство с семьями. Решение было принято, несмотря на то, что Научно-методический совет при Комитете настоятельно рекомендовал придать дому статус ОКН.

— Вопрос подачи иска в ВООПИиК не рассматривался, поэтому я не знаю, каковы его глубинные корни, — рассказал «Реальному времени» заслуженный архитектор РТ Сергей Саначин. — О том, что собираются подавать иск, говорили в последних числах декабря. После этого я попросил указать, на основе чего все это делается, показать протокол решения совета об обращении в суд (может быть, меня на этом заседании не было). Мне сказали, что такого протокола нет, и решение было принято устно.

Собеседник нашего издания также отмечает, что решения Научно-методического совета при Комитете по охране ОКН носят исключительно рекомендательный характер, а посему «сам иск ничтожен».

На вопрос о том, кто именно принял решение об обращении в суд, помощник президента РТ Олеся Балтусова не дала конкретного ответа, однако напомнила, что вопрос сохранения «офицерского дома» Казанского порохового завода неоднократно поднимался на заседаниях ТРО ВООПИиК в течение всего 2019 года.

— Вопрос обсуждался открыто. <…> В течение 2019 года на заседаниях Общества обсуждалось, что делать с этим домом <…>. Научно-методический совет проголосовал за включение большинством голосов, и хочу заметить как член этого совета и как член Общества охраны памятников, аргументов для включения этого дома в памятники более чем достаточно, — сообщила нашему изданию Олеся Балтусова.

«Директор сказал, что заводу это не поднять»

Звучали идеи — создать в доме музей Порохового завода, но конкретных шагов пока не предпринимается. Последний житель дома на ул. 1 Мая, 16, и собственник одной из квартир, казанский краевед Валерий Грязнов в беседе с нашим изданием объяснил, чем статус ОКН мог бы помочь. Сейчас, по его словам, объект «беззащитный и буквально висит на волоске».

— Во-первых, мы выехали, следовательно, дом опустел и теперь с ним можно творить всякую пакость. Можно его немножечко поджечь, зацепить бульдозером — да что угодно. Во-вторых, пока там не открыли музей, его очень легко погубить. Когда музей откроют, тогда и можно будет вздохнуть с облегчением. Что касается доказательств его старины, которые нужны для включения, то на старом плане Порохового завода за 1819 год есть все здания (в том числе производственные) — их около сотни. Под №1 стоит дом генерала Лукницкого, а под №3 — тот самый наш дом, — рассказывает Валерий Грязнов.

В свою очередь пресс-служба Комитета по охране объектов культурного наследия РТ утверждает, что «офицерский дом» сейчас находится под государственной охраной: «В 2017 году он включен в число исторически ценных градоформирующих объектов, являющихся предметом охраны исторического поселения Казани. Также в настоящее время Комитетом совместно с Минстроем РТ прорабатывается вопрос возможности размещения в жилом доме музея Порохового завода».

— С директором завода у меня договоренность, и никаких претензий к нему нет. С одной стороны, он за то, чтобы дом целиком сохранить и сделать музей, но он не хочет, чтобы ему повесили: «Ах, вам нужно? Ну давайте, отдувайтесь». Понятно, что организация музея — вещь дорогая. Когда я в последний раз разговаривал с директором, он сказал, что заводу это не поднять. Он предлагает, чтобы республика, чтобы Олеся Балтусова через президента организовала такой музей, чтобы были деньги на его строительство, — комментирует Валерий Грязнов.

«Время передумать было, но этого не произошло»

«Реальное время» обратилось за комментарием к главе Комитета по охране объектов культурного наследия РТ Ивану Гущину, чтобы выяснить, действительно ли дому сейчас грозит опасность и почему его не включили в реестр ОКН.

— Дело не во включении. Позиция Порохового завода уже обозначена. Плюс если сейчас мы включаем дом в реестр объектов культурного наследия, то у предприятия как у собственника и у Минпромторга РФ просто не найдется на все это денег. Бюджет Татарстана федеральную собственность финансировать не может… Объект и так сейчас находится под госохраной, есть возможность сделать ремонтные работы в рамках капитального ремонта. Дом сегодня охраняемый, ему ничего не угрожает, — заверил Иван Гущин.

Также глава Комитета напомнил, что скоро состоится первое заседание по иску ТРО ВООПИиК. В свою очередь заслуженный архитектор РТ Сергей Саначин, в беседе с «Реальным временем», усомнился в том, что Общество охраны памятников пойдет на попятную.

— Время передумать, отменить свое решение было, но этого не произошло. Могу предположить, что если не будет какого-то указания сверху, то ничего, наверное, не изменится — все это продолжится, — считает Сергей Саначин.