«Быстрая» вакцинация от COVID-19 в Израиле: чему могут научиться другие страны? - «Медицина»

Израиль стал мировым лидером в проведении масштабной вакцинации населения от коронавируса: в этой стране по состоянию на 26 января привили уже более 40% взрослых. Почему такое «быстрое» внедрение вакцины вызывает споры и чему могут научиться другие страны — в своей статье для международного издания The Conversation пишет Адитья Гоенка, профессор экономики Бирмингемского университета. «Реальное время» предлагает ознакомиться с переводом публикации.

Израиль развертывает ускоренную программу вакцинации против COVID-19, давая первую дозу сорока восьми процентам своего девятимиллионного населения за пять недель. Цель страны — вакцинировать 80% населения к концу мая 2021 года.

Но были также подняты вопросы о том, как же осуществлялась эта программа. Так что же можно извлечь из опыта Израиля?

Сделка с Pfizer

Израильское правительство заключило соглашение с компанией Pfizer об ускоренном доступе к вакцине Pfizer/BioNTech в обмен на предоставление анонимных данных о возрасте, поле и демографических данных вакцинированных людей. Это стало возможным благодаря тому, что в Израиле существует универсальная система здравоохранения и у каждого человека есть оцифрованная медицинская карта.

В стране также есть инфраструктура здравоохранения и логистика для доставки вакцин. Между тем на оккупированных территориях действует иная система здравоохранения.

Предварительные данные, полученные в ходе внедрения, дают нам представление о том, насколько эффективна вакцина в реальном мире. Через 14 дней группа людей, получивших одну дозу вакцины, по сообщениям, показала на 33% меньше инфекций, чем непривитая группа. Это был удручающе низкий уровень защиты, хотя израильское Министерство здравоохранения позже заявило, что полного защитного воздействия вакцины еще не наблюдалось.

Гораздо более обнадеживающими являются недавние сообщения о том, что из 428 000 израильтян, получивших вторую дозу вакцины, только 0,014% заразились вирусом.

Важно отметить, что эти данные являются предварительными и не были рецензированы другими учеными. Нам потребуется гораздо больше данных, чем просто цифры, опубликованные в прессе, чтобы правильно понять эффективность этой вакцины в реальных условиях.

Вопросы конфиденциальности

Сделка с Pfizer также затрагивает вопросы конфиденциальности. В соглашении предусмотрены гарантии, и в случае чрезвычайной ситуации в области общественного здравоохранения сбор демографических данных имеет важное значение для определения того, что работает, а что нет. Но следует ли делиться индивидуальными данными с коммерческими компаниями без явного согласия, остается важным вопросом, тем более что информация о 140 000 пациентах с COVID уже была передана израильскому агентству безопасности «Шин-Бет» без должного одобрения и разрешения.

Стоимость вакцин

Другой аспект сделки, который следует учитывать, — это размер оплаты. Полные детали сделки недоступны, но отчеты свидетельствуют о том, что приоритетный доступ к вакцине был обеспечен гораздо более весомой оплатой по сравнению с той, что платят ЕС и США.

Позиция Израиля заключается в том, что общая цена, уплаченная за все дозы вакцин, — это стоимость всего лишь двухдневной изоляции, и поэтому ее стоит заплатить. Приоритетная плата за вакцину изменит приоритет доставки внутри самого Израиля, но, учитывая размеры страны, это необязательно повлияет на мировой рынок. Однако если и другие страны начнут выставлять вперед свои интересы и их оплачивать, то это серьезно скажется на мировом рынке вакцин.

Поскольку ряд стран разместили достаточное количество заказов на вакцинацию своих граждан несколько раз, другие страны, особенно страны с низким уровнем дохода, могут столкнуться с проблемой доступа к минимальному количеству доз, в которых они нуждаются. В этом контексте стоит задуматься о том, должны ли вакцины идти тому, кто больше заплатит, или распределяться на основе этических критериев, защищающих наиболее уязвимых.

Оккупированные территории упускают

То, что происходит с людьми, живущими на Западном берегу и в секторе Газа, является, пожалуй, самым спорным аспектом схемы вакцинации. В то время как еврейские поселенцы получают вакцину, палестинцы на оккупированных территориях — нет.

Позиция Израиля заключается в том, что ответственность за это несет палестинская администрация. Но в Четвертой Женевской конвенции, охватывающей борьбу с эпидемиями и инфекционными заболеваниями, говорится о том, что эта обязанность ложится на Израиль как на страну-оккупанта.

Приобретение и внедрение вакцин Pfizer/BioNTech или Moderna представляют собой огромную проблему для палестинской администрации, учитывая их стоимость и необходимые условия холодного хранения. Палестинская администрация разместила заказы на российскую вакцину «Спутник V», но в настоящее время ее поставок недостаточно для полного развертывания.

Внутренняя политика

Существует также внутриполитический аспект политики вакцинации. В Израиле один из самых высоких показателей инфицирования в мире. Во время второй волны пандемии, после протестов против действий правительства по борьбе с пандемией, в мае 2020 года было сформировано Правительство национального единства.

Однако протесты продолжались, и правительство рухнуло 22 декабря 2020 года, а очередные всеобщие выборы были назначены на март 2021 года. Соглашение с Pfizer было подписано 6 января 2021 года.

С точки зрения политической экономии ответственность правительства заключается в защите жизни граждан и обеспечении их средствами к существованию, и поэтому усилия Израиля по ускорению вакцинирования, безусловно, заслуживают высокой оценки. Данные, предоставленные Pfizer, являются услугой для других стран, поскольку они будут предоставлять информацию об эффективности вакцины, способствуя более реалистичной оценке стратегий вакцинирования.

Пока мы ждем, чтобы сделать правильные выводы, уроки, извлеченные из амбициозной программы вакцинации Израиля, должны быть учтены и применены с пониманием его институционального, политического и экономического контекста.