Как ученые Татарстана ностальгировали по зарплатам СССР и заступались за рейтинги Путина - «Образование»

Общественники изучили свое социальное самочувствие, а социолог и политолог Борис Кагарлицкий прокомментировал итоги Фото: Максим Платонов Изучить социальное самочувствие ученых-обществоведов Татарстана попросили ученые-обществоведы Татарстана. Как сапожник без сапог, так и исследователи, обычно сами изучающие социальные настроения людей, мало о себе знают. Результаты довольно любопытные: бумажная работа беспокоит больше, чем маленькая зарплата, они страдают от недостатка внимания властей и ностальгируют по занятиям с обкомом. Подробнее в материале «Реального времени». «Жаловаться не на что» есть и у ассистентов, и у профессоров, только у доцентов нет Изучить социальное самочувствие ученых-обществоведов Татарстана попросили ученые-обществоведы Татарстана. Как сапожник без сапог, так и исследователи, обычно сами изучающие социальные настроения людей, мало о себе знают. Исправили ситуацию на кафедре методологии науки, социальных теорий и технологий Пензенского государственного университета. А прокомментировать попросили Бориса Кагарлицкого, социолога, публициста, директора Института глобализации и социальных движений. В исследовании участвовали 250 человек — обществоведы практических всех вузов РТ, но, предположил Кагарлицкий, результаты можно экстраполировать на остальные российские вузы, кроме ВШЭ и РАНГХИС. Почему эти учебные заведения стоят особняком, он не объяснил. Оказалось, что ученые-обществоведы — совсем не общественники. Треть из них не участвует в общественной и политической жизни. Главная причина — нехватка времени. Причем времени не хватает даже на подработку или репетиторство — 40% заявили, что не занимаются какой-либо деятельностью кроме преподавания. Неожиданностью для исследователей стало то, что самой большой проблемой ученые считают обилие «бумажной работы», это пересилило даже «низкую зарплату». Женщин, довольных материальным положением, меньше, констатирует Анна Очкина — В вопросе о самооценке материального положения основном выбирали ответ «на жизнь хватает, но свободы в тратах не чувствую». «Жаловаться абсолютно не на что» выбрали только 1,7% респондентов. Что интересно — не выявилось жесткой взаимосвязи со статусом. «Жаловаться не на что» есть и у ассистентов, и у профессоров, только у доцентов нет. Но есть четкая корреляция с полом — женщин, довольных материальным положением, меньше, — говорит Анна Очкина, завкафедрой методологии науки, социальных теорий и технологий Пензенского государственного университета. Обществоведы соскучились по вниманию властей? Большинство ученых на вопрос о взаимодействии с республиканской властью ответили, что «оно необходимо и возможно, но не складывается». Это практически откровение, если учесть что при КФУ есть экспертный совет по общественно-политическим и этноконфессиональным вопросам, который дважды в год по заказу правительства Татарстана проводит исследования, а рекомендации социологов, если судить по официальным документам, ложатся в основу государственных программ. Да и лекция была проведена под патронатом департамента президента РТ по внутренней политике. Ученые-обществоведы, предположил Борис Кагарлицкий, тоскуют по советским временам и вниманию властей. — Интеллигенция недовольна недостатком внимания и хотела бы, чтобы власть проявила интерес к сообществу. Но есть такой момент, что если кто-то возьмется за дело и будет слишком настойчивым, то будет обратный эффект, — считает Кагарлицкий. Представители обществоведческих кафедр в советское время являли собой идеологическую номенклатуру, напомнил Андрей Тузиков Его гипотезу поддержал Андрей Тузиков, декан факультета промышленной политики и бизнес-администрирования КНИТУ-КХТИ. — Представители обществоведческих кафедр в советское время являли собой идеологическую номенклатуру. В какой-то момент это исчезло, вход в профессию открылся, исчезла договоренность на уровне обкома. Я помню, как секретарь обкома Валеев собирал обществоведов и проводил с ними занятия. И «племя» «вождя» радостно приветствовало и ждало от него указаний, милости и благ. Обществоведческое сообщество чувствовало свою значимость по оплате труда — 320 рублей получал доцент, а секретарь райкома 250. 600 рублей получал первый секретарь татарского обкома, а 500 — завкафедрой, профессор, что сопоставимо с первым лицом республики. При этом нагрузка была пониженная по сравнению с техническими кафедрами: у завкафедрой две лекции в неделю, он на работе бывал 1—2 дня, — говорит Тузиков. Это, кстати, можно считать ответом на последующую реплику Романа Белякова, замруководителя департамента президента РТ по внутренней политике: «Почему молодое поколение не идет в науку? Раньше же это было почетно». На всю татарстанскую Академию наук «остепениться» захотели только 35 человек — «это очень мало», полагает Беляков. «Почему молодое поколение не идет в науку? Раньше же это было почетно», — размышлял Роман Беляков «Путин не является претендентом и кандидатом, он является Путиным» После выставления диагноза обществоведам Татарстана у которых выявили «чувство подавленности, связанности, невозможности выполнить миссию» и склонность к сотрудничеству с региональной властью, ученые задали вопросы Борису Кагарлицкому. Один из них не касался непосредственно исследования, но был интересен с точки зрения приближающихся выборов. Оппонент Кагарлицкого обиделся на то, что гость представляет сообщество обществоведов как «аморфное и депрессивное», и признался, что «если бы не Роман Юрьевич (Беляков, заместитель руководителя департамента президента РТ по вопросам внутренней политики, — прим. ред.), мы бы не пришли на встречу». — В интервью вы сказали, что у Путина низкий рейтинг. А если бы не заставили, они бы не пришли на встречу. Есть люди, которые просили приглашение, чтобы туда попасть (имелась в виду предстоящая в Казани встреча Путина со студентами 25 января, — прим. ред.). Рейтинг Путина, который вы даете – 45%, это ниже оценок ЦРУ, это не отражает объективную реальность, — возмутился один из участников встречи. — У Путина не может быть рейтинга. Есть Путин и ., — «пустота», подсказали в зале. — Он находится вне поля сравнения с другими фигурами, он рейтингуется с политиками прошлого — Ленином, Сталиным, Николаем. Путин не является претендентом на пост президента и кандидатом, он является Путиным. В чем проблема цифры «45%», она и в вциомовских исследованиях прозвучала? В том, что быстро падает доверие населения к политической жизни. Это не связано с тем, что оно хочет свергнуть кого- то. Оно просто становится апатичным, — считает Борис Кагарлицкий. Ученый полагает, что по итогам выборов произойдут серьезные изменения в политической конфигурации России. Дарья Турцева, фото Максима Платонова