Грозит ли Афганистану очередная гражданская война? - «Власть»

Со сменой власти в Афганистане все больше международных экспертов высказывают опасения относительно ближайшего будущего этой страны. Так, генсек ОДКБ Станислав Зась заявил, что возникающие очаги сопротивления движению «Талибан»* могут привести к разворачиванию долговременной гражданской войны в государстве. На тему насколько реальны такие перспективы в очередной статье для нашего издания размышляет колумнист «Реального времени» Карим Гайнуллин.

Кто такие талибы*?

Слово «Талибан*» происходит от арабского языка и дословно означает «студенты». Под «студентами» имеются в виду учащиеся в пакистанских медресе.

В период войны с Советским Союзом многие пуштуны эмигрировали в Пакистан. Там они получили образование в местных мусульманских учебных заведениях. Но обучались они в специально созданной сети учебных заведений. Например, к таким относится «Университет Хаккани», который прошли многие известные деятели этого движения.

В 1992 году пал просоветский коммунистический режим, не выдержав ухода советского контингента. Тогда к власти пришли те, кого принято в российской историографии называть «моджахедами». В сущности, это было множество племен и группировок разной степени консолидированности. В то время пока они воевали между собой за контроль над ресурсами, новое движение «Талибан», возглавляемое муллой Мухаммадом Омаром, гораздо более консолидированное и объединенное общей идеологией, без проблем начало продвигаться с восточной территории Афганистана, примыкающей к Пакистану, и получило контроль над всей территорией страны.

В 1996 году движение вошло в Кабул, объявило о создании Исламского Эмирата и нарекло его лидера Муллу Омара — амир уль-мууминин, то есть предводителем мусульман. Сегодня движение утверждает, что этот титул распространяется только на мусульман в пределах Афганистана, однако на тот момент как минимум была распространена позиция, что Мулла Омар должен стать лидером всех мусульман.

В целом, эта история осталась бы очень локальной и не заботила бы мировое сообщество, если бы 11 сентября 2001 года не случился теракт, после которого Усама бен Ладен укрылся на территории Афганистана. До этого момента никто особо не интересовался «положением женщин» Афганистана и правами человека. Однако, заключив союз с террористическим движением «Аль-Каида» и укрыв его лидера, «Исламский Эмират Афганистан» стал врагом номер один для находившегося в шоке от самого крупного теракта за всю историю Америки общества. Тогда началась 20-летняя гражданская война, которая унесла десятки тысяч жизней.

Впрочем, как и 20 лет назад, как только иностранный контингент покинул территорию Афганистана, в течение 10 дней «Талибан» вошел в Кабул и провозгласил Эмират, свергнув правительство Ашрафа Гани.

Вот как это прокомментировал блогер Илья Варламов, находившийся в Кабуле прямо во время событий: «Я много говорю с людьми, и народ на самом деле не очень переживает. «Ну, придут талибы, какая мне разница? Для меня ничего не изменится, главное, чтобы уже прекратили стрелять, и мир наступил», — такое мнение часто можно услышать от простых людей. Сельское население так вообще не заметит, что поменялось. Законы шариата? Так их многие считают высшей справедливостью. По ним и живут».

Сегодня «Талибан» говорит о том, что он изменил ряд своих позиций: так, эта группа ведет продолжительную войну с ИГИЛ, которые считают «талибов» неверными. Они заявляют о готовности к диалогу с Турцией, Америкой и Россией. Впрочем, государства еще проявляют осторожность: даже Турция еще не признала новое правительство Афганистана, несмотря на то, что сделала ряд заявлений, намекающие на желание партнерства. Пока все выглядит так, словно случившееся стало для всех неожиданностью, и никто просто не понимает, что с этим делать.

Религиозные убеждения талибов

В целом «Талибан» относительно их убеждений можно сравнить с более знакомой для русскоязычного читателя силой — так называемых «басмачей», которые вели войну против советского государства в Средней Азии в начале прошлого века.

Основой убеждения «басмачей», как и у «талибов», был ханафитский мазхаб в широком смысле — то есть и как правовая школа, и как убеждение (матуридизм). Структурно басмачи, как и талибы, делились на более реформированных (шура-и Ислам) и консервативных (шура-и Уляма).

Их религиозная идентичность позволяет им быть более гибкой силой в диалоге с разными группами: как с шиитами, включая Иран, так и с другими государствами в регионе. Опираются они на религиозные традиции, принятые в регионе, потому им не придется проводить тотальные акции террора — скорее всего, население просто примет нововведения.

Относительно государственного устройства, они утверждают, что государство должно быть полностью основано на исламском праве, без каких-либо секулярных ограничений. Шариат во многих мусульманских странах используется в сфере гражданского и иногда административного права. По мнению талибов, шариат также должен быть реализован в сфере уголовного права.

Относительно женщин, «Талибан», скорее всего, постановит, что они должны будут носить никаб — разновидность хиджаба, покрывающего лицо, и традиционную афганскую бурку синего цвета. Впрочем, недавно они даже дали интервью оппозиционному телеканалу, где интервьюером была женщина без вуали.

Вряд ли они будут препятствовать женскому образованию в специальных женских образовательных учреждениях. Ряд заявлений группировки подтверждал, что они не против женского образования как такового — они выступали против смешанного образования. Также вряд ли они будут препятствовать выходу женщины из дома без опекуна, хотя путешествия за пределы населенного пункта будут ограничены.

Нравы в «Исламском Эмирате» обещают быть строгими. Речь идет не просто о запрете спиртного: ограничения, скорее всего, коснутся музыки, танцев и фильмов.

В СМИ поступали сообщения о том, что «талибы» запретили на своей территории проповедь ваххабизма. В самом составе «Талибана» могут участвовать отдельные группы ваххабитов, но они заметно откололись от этого движения — ведь многие ваххабиты перешли на службу ИГИЛ, когда они зашли в Афганистан. Кстати, костяк ИГИЛ в Афганистане выделился из групп так называемого «Исламского движения Узбекистана».

Впрочем, заявления об этом разнятся. Также ваххабиты составляют заметную часть населения ряда регионов, представляя религиозные меньшинства, и скорее всего там у них будет больше прав, чем в регионах ханафитского доминирования.

Главным вопросом, конечно, остается сотрудничество «Талибана» с международными джихадистскими сетями. Сегодня талибы говорят о том, что они оборвали связь с Аль-Каидой* и поменяли к ней отношение. В составе «Талибана» традиционно находилась крайняя группировка «сеть Хаккани», практиковавшая самоподрывы террористов-смертников и отличавшаяся крайними методами. От того, как новое афганское правительство будет справляться с радикализмом в собственных рядах, будет зависеть, не ввергнут ли себя талибы в новую иностранную интервенцию и очередную гражданскую войну.

*ИГИЛ, Аль-Каида, Талибан, Исламское движение Узбекистана, Сеть Хаккани — запрещенные в России организации.