Лазейки для коррупции чаще всего кроются в субсидиях и грантах - «Власть»

Минюст Татарстана отчитался о выявлении коррупциогенных факторов

Коррупционные факторы выявили лишь в 1,7% документов

Вчера по всему миру отмечался День борьбы с коррупцией. А сегодня в Госсовете Татарстана представители профильных министерств и комитетов рассказали, как в республике борются со взяточничеством в одной конкретной сфере — при экспертизе законопроектов и иных актов. Как сообщил министр юстиции республики Рустем Загидуллин, эта проверка многоступенчатая. На первом этапе экспертизу проводят разработчики — это требование федерального закона. На втором в процесс включается Минюст.

Всего антикоррупционную экспертизу Минюста прошли 1 815 документов. Это 80 законопроектов, в них коррупциогенные факторы выявлены не были, а также 89 проектов указов раиса и 1 646 проектов постановлений Кабмина. В 31 из них выявили 44 коррупциогенных фактора.

— В большинстве своем эти проекты касаются предоставления субсидий и грантов, — констатировал докладчик.

«Пишут: «В течение 30 дней», а с какого момента их отсчитывать?»

— В одном из проектов предусмотрена возможность отказа в предоставлении гранта, при этом не раскрываются основания для него. У нас получается ситуация, когда орган, который предоставляет [грант], и должностные лица, входящие в комиссию, по своему усмотрению могут определить, кому отказать, а кому нет, — привел пример министр.

Он подчеркнул: система предоставления субсидий и грантов должна быть выстроена таким образом, чтобы заявитель изначально понимал, какие документы нужно подать, по каким основаниям возможен отказ, чтобы правильно подготовиться и быть потенциальным получателем поддержки.

Другим проектом, также не прошедшим экспертизу, решение о предоставлении субсидии предлагалось принимать по результатам балльной оценки заявок. При этом критерии «вообще не расписывались», рассказал министр юстиции.

— Часто у нас встречаются случаи неопределения сроков. Например, в одном из порядков не был установлен срок принятия решения о представлении гранта, что тоже позволяло затягивать процесс. Часто бывают случаи, когда срок установлен, но не уточнена начальная дата отсчета. [Пишут:] «В течение 30 дней», а с какого момента эти 30 дней отсчитывать? Это тоже считается коррупциогенным фактором, — пояснил Рустем Загидуллин.

В приказах министерств коррупциогенных факторов не нашли

Помимо проектов, ведомство проводит антикоррупционную экспертизу ведомственных актов — это приказы министерств, госкомитетов, управлений, агентств. Все они должны пройти государственную регистрацию в Минюсте и быть опубликованными. «Это два обязательных условия, чтобы приказы вступили в законную силу и начали применяться на территории Татарстана», — подчеркнул Загидуллин. С января по сентябрь Минюст провел экспертизу 936 ведомственных актов. Ни в одном из приказов коррупциогенные факторы не выявлены.

Кроме того, ведомство собирает статистику по антикоррупционной работе самих республиканских органов власти и местного самоуправления. Первые провели экспертизу 1 237 проектов, коррупциогенные факторы обнаружили в 17. В прошлом году, по словам министра, цифры были аналогичными.

Органы местного самоуправления провели почти 16 тыс. проектов, выявили 67 коррупциогенных факторов — незначительно меньше, чем в прошлом году.

— Одной из мер профилактики коррупции выступает проведение независимой информационной экспертизы, которую проводят независимые эксперты. Они должны быть аккредитованы Министерством юстиции Российской Федерации. На сегодняшний день в республике аккредитованы 27 независимых экспертов, — добавил докладчик.