Отловщик собак — суду Татарстана: «Агрессивные животные должны быть подвержены эвтаназии» - «Власть»

Домашний арест Максима Иванова признали законным, не выполнены почти 70 декабрьских заявок на отлов животных в Зеленодольском районе

После ареста Иванова в Нижних Вязовых 8 взрослых собак растерзали кошку

Заседание было назначено на 8:10 утра. Адвокат и обвиняемый из Зеленодольска прибыли вовремя, но ждать приглашения в зал Верховного суда РТ им пришлось ровно пять часов.

Напомним, директору благотворительного фонда «Кот и пес» Альберту Галиеву и его подчиненному Максиму Иванову инкриминируют оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности для жизни и здоровья граждан. Сотрудниками СК и прокуратуры уже установлено: фонд помощи бездомным животным выступал исполнителем муниципального контракта по отлову, транспортировке, содержанию, а также учету и регулированию численности животных без хозяев на территории Зеленодольского района.

Соответствующий договор на 5,3 млн рублей руководство фонда и зеленодольского департамента ЖКХ заключили 25 января текущего года. По мнению силовиков, из-за недоработки исполнителей контракта 28 ноября стая собак в поселке Васильево напала на 9-летнюю школьницу близ СНТ «Здоровье». Девочка получила тяжелые травмы, за ее жизнь продолжают бороться врачи.

Причем в некоторых сигналах упоминалось одно недружелюбное животное, в других — два-три, а где-то писали о скоплении хвостатых бродяг. Так, из микрорайона Садовый в поселке Нижние Вязовые 4 декабря сообщали о восьми взрослых собаках, растерзавших кошку и ставших проблемой для местных жителей, которые просто боятся подходить к мусорным бакам....

Следком изъял печать фонда «Кот и пес»

— Количество заявок будет расти, — предупредил защитник и просил суд отменить домашний арест и вернуть Иванова на важную для людей работу.

Адвокат ссылался на то, что при рассмотрении ходатайства на арест горсуд не дал оценку отсутствию в деле доказательств причастности его клиента к преступлению, а также на тот факт, что после ЧП с 9-летней Варварой тот три дня подряд добровольно, по первому звонку приходил в Зеленодольский отдел Следкома для дачи показаний, предоставлял всю интересующую информацию и документы.

По данным защиты, никаких заявок на отлов животных из товарищества, где проживала пострадавшая, осенью вообще не поступало. Более того, по ранее утвержденному с заказчиком, департаментом ЖКХ, графику в день нападения стаи на девочку Иванов занимался отловом в самом Зеленодольске, а не в поселениях района.

В своих жалобах на домашний арест коллеги Коцубея указывали на противоречивость подхода суда, который посчитал недоказанными доводы о намерении Иванова скрыться, надавить на свидетелей и иным способом помешать следствию, однако решил изолировать его путем домашнего ареста.

Сам Максим Иванов сегодня в Верховном суде сообщил, что очень переживает за пострадавшую и желает ей выздоровления. Однако считает: для исключения таких случаев нужны не аресты, а изменения в законодательстве, поскольку проблема остро стоит не только в Татарстане.

— Ваша честь, произошла ужасная трагедия, жертвой которой стал маленький ребенок... Одним из направлений нашей организации является регулирование численности животных путем стерилизации, отлова и содержания особо агрессивных особей. Приют, к сожалению, не имеет никакой господдержки. Сколько писали писем в администрацию, просили помощи — все безуспешно, — рассказал обвиняемый.

Стоя за трибуной Верховного суда, Иванов, как зоотехник и специалист по отлову, работающий в этой сфере уже 10 лет, озвучил ряд необходимых, по его мнению, мер:

Прокурор Гузял Хабибуллина заявляла, что решение суда является законным и обоснованным. И судья с ней согласился.

Что касается тревожной информации из представленных защитой документов, то их оценка — не вопрос заседаний по мере пресечения. При этом председательствующий судья отметил — распечатка письма из исполкома не содержит ни входящего номера, ни даты, ни подписи. «Они их заверяют электронной подписью», — сообщил адвокат. Что же касается надлежаще заверенного ответа из фонда, то представить таковой невозможно — Следком изъял печать организации.