Напугавшая дачников рубка зеленого бора оказалась его спасением - «Инфраструктура»

В Пригородном лесничестве идет седьмая за его историю рубка, цель которой — остановить заражение сосен ржавчинными грибками Фото: Инна Серова Испугались вырубки дачники из Зеленого Бора — решили, что вековые сосны и старые березы, под которыми они из года в год собирают грибы, «зачищают» в обстановке секретности, чтобы подготовить площадку под строительство коттеджей. «Реальное время» выяснило, зачем рубят деревья, чем заражен лес в излюбленном месте отдыха казанцев, а заодно узнало, как связаны новые российские правила обращения с твердыми коммунальными отходами с применяемыми в Зеленом Бору нестандартными способами. «Перекопали дороги и рубят» Дачники из Зеленого Бора пригласили корреспондента «Реального времени», чтобы показать штабеля толстых сосновых бревен на выезде из леса, растущего вдоль дороги на Боровое Матюшино, и перекрытый огромным стволом заезд в лес. В глубине леса мы обнаружили следы недавних и прошлогодних рубок, невывезенные трухлявые стволы и кучи порыжевших веток. А еще множество рвов, масштабом напоминающих противотанковые — их ни на автомобиле, ни на своих двоих не преодолеешь. — Грунтовую дорогу, по которой мы уже много лет заезжаем в лес, в начале лета перекрыли, бросив поперек пару свежесрубленных сосен, — рассказал казанец Александр Григорьев. — Мы с женой много лет устраиваем по выходным пикники на одной и той же полянке, и в этот раз решили не отказываться от старой привычки. Оставили машину и прошли пешком. И увидели штабеля из спиленных сосен и свежие пеньки. В следующие выходные проезд оказался открыт — бревна кто-то сдвинул. А бревен уже не было. Недавно снова поехали, а там уже капитально закрыт проезд — огромная сосна поперек дороги лежит, такую не сдвинешь. И следы новой рубки видны — так ведь весь лес могут вырубить! В глубине леса мы обнаружили следы недавних и прошлогодних рубок, невывезенные трухлявые стволы и кучи порыжевших веток — Деревья у нас в Зеленом Бору рубят с прошлого лета, рубили и вывозили бревна даже зимой, — подтвердила дачница Мария Борисова, которая живет тут круглый год. — А сейчас еще и перекопали все дороги и входы в лес глубокими рвами. Не то что проехать невозможно — пройти нельзя, того и гляди ноги переломаешь! И главное, никакой информации, никаких указателей, что дорога перекрыта. У нас с мужем ноги больные, и мы по грибы, по ягоды ездили обычно так: по лесной дороге на машине, а потом уже немного пешком пройдем. А сейчас заезжаешь в лес, думаешь — дорога, а за поворотом видишь, что путь перекрыт либо бревном, либо рвом. Лесник мне сказал, что эти рвы — противопожарные, а деревья вырубают, потому что идет эпидемия какого-то заболевания леса — гниль или что-то такое. Неужели правда и весь лес пропадет? — В 2012 году в Зеленом Бору начали вырубать лес под строительство коттеджей, выгородили большой участок леса, а когда дачники забили тревогу, начали писать в разные инстанции, проверки затянулись на несколько лет, — припомнил дачник Владимир Мизинов. — В итоге стройку прикрыли, забор снесли, на захватчиков леса завели уголовное дело. А просеки от той вырубки и дорога к ней остались. И наверняка остались желающие построить домик в лесу. Вдруг новое строительство затеют или уже затеяли? Дачники имеют веские основания опасаться незаконной стройки. Как показывает опыт, даже если постройка признается незаконной, снести ее бывает, мягко говоря, непросто. К примеру, в 2016 году только по пригородному лесничеству у судебных приставов набралось 73 неисполненных судебных решения о сносе незаконно возведенных строений на территории лесного фонда в Пригородном лесхозе. «Ни стройки, ни нарушения» — Ни о какой стройке и речи нет, — заверил «Реальное время» руководитель-лесничий ГКУ «Пригородное лесничество» Ильнур Кашафеев. — В Зеленом Бору и других лесах, прилегающих к Казани, проводятся выборочные санитарные рубки. Убираются перестойные и пораженные раком-серянкой, ложным трутовиком деревья. Эпидемии заболевания в лесу, разумеется, нет, но оставлять такие деревья нельзя. Ведь многие люди как рассуждают: уничтожили, дескать, вековые корабельные сосны — преступление! А на самом деле, если сосна перестоит, она погибнет, и древесина пропадет — она хозяйственной ценности иметь уже не будет. То есть рубить старые деревья и подсаживать новые надо вовремя! И рак таким деревьям опасен: рак-серянка — это грибковое заболевание, грибок выделяет множество спор, они разлетаются, но приживаются только на перестойных и слабых деревьях. Если не убирать их и зараженные деревья, можно в итоге погубить весь лес. С момента создания Пригородного лесхоза, а существует он с 1945 года, по словам Кашафеева, выборочные рубки проводились здесь уже семь раз. И каждый раз, говорит он, проводились восстановительные работы, высаживались новые деревья: — Мы и сейчас проводим не предусмотренные законодательством подпологовые посадки, потому что не можем допустить, как это предусмотрено Лесным кодексом, сплошной рубки и высадки деревьев на участках. Этот лес имеет особую ценность, и все работы в нем строго контролируются. А что касается березы, то она сама неплохо размножается. И уж точно не исчезнет из леса, переживать надо скорее за другие породы деревьев. Рубить надо вовремя? Рак-серянка — заболевание, вызываемое ржавчинными грибами, рассказал Ильнур Кашафеев. Пораженные участки легко узнать по обильному течению смолы, которая застывает на поверхности ствола и чернеет со временем, так что пораженный участок выглядит, как открытая рана. Эта болезнь быстро развивается, ослабляет дерево и способствует к заселению его другими вредителями. «Раны» разрастаются, рост дерева нарушается, ствол деформируется, крона становится редкой, а вершина усыхает. Зараженные деревья в течение нескольких лет погибают. Если такие деревья вовремя срубить, древесину можно спасти и продать На стволах, которые корреспондент «Реального времени» сфотографировала в лесу рядом с Зеленым Бором, хорошо видны и корреспонденту «раковые» повреждения, и гнилая сердцевина, и ходы, проделанные в древесине насекомыми. Если такие деревья вовремя срубить, древесину можно спасти и продать. Что и делается, а деньги от ее реализации, говорит Кашафеев, идут не только на зарплату сотрудникам лесхоза — на них содержатся посевные поля, посадки, работы по сбору и вывозу мусора, лесозащитные работы, устанавливаются предупредительные аншлаги, платятся налоги: — У нас нет других доходов, кроме как от продажи древесины. «Противомусорные» рвы Ильнур Кашафеев объяснил и причины, по которым в лесу перекапывают и перекрывают бревнами заезды: — Минерализационные борозды имеют двойное назначение. Они защищают лес от пожаров и помогают прорасти семенам деревьев — той же березы, которой трудно пробиться через лесную подстилку. «Лес очень сильно захламляется, вот мы и стараемся не допустить этого — как можем», — говорит Ильнур Кашафеев Но есть и еще одна причина, по которой лесники делают все, чтобы в лес было невозможно заехать на автомобиле: — С тех пор, как была введена новая схема обращения с ТКО — твердыми коммунальными отходами, — вывоз мусора стал очень дорог. И чтобы его вывезти, надо заключить договор с региональным оператором — организацией, которая имеет лицензию. А та выставляет счет по цене 790 рублей за кубометр, выставляет к оплате большое количество кубометров… Раньше можно было заказать машину у частника, и охранник на полигоне за небольшую плату принимал мусор, а сейчас такие машины разворачивают, водителей еще и штрафуют за незаконный сбор и вывоз ТКО, вот они и сворачивают в лес. У меня уже слов не хватает от возмущения, чтобы описать то, что происходит: ладно бы мусор просто вдоль дороги в мешках оставляли, а то ведь разбрасывают его в глубине леса, и это не пара пакетов от сока, а горы хлама, в том числе строительного. У нас просто нет столько людей и столько денег, чтобы собирать и вывозить его! Лес очень сильно захламляется, вот мы и стараемся не допустить этого — как можем. Инна Серова, фото автора