Гид по улице Островского: от банкиров до художников - «История»

Бывшая Вознесенская — парадная Казань

Улица Островского в Казани — бывшая Вознесенская — лишена и туристического, и клубного флера, в отличие от соседок, Баумана и Профсоюзной. Между тем исторической памяти здесь столько, что приходится делить гид на две части: на парадную часть (до Пушкина) и практически исчезнувшую. «Реальное время» предлагает начать с той части, где жили и работали купцы и писатели.

Казанский купеческий банк (ул. Мусы Джалиля, 3)

Здание 1880 года банк купил в 1901-м, а через два года разместил в нем главный офис.

Рядом в это же время, в доме купца Демидова (как его именуют в иммерсивном спектакле «Анна Каренина»), устраивается Казанское отделение Волжско-Камского земельного банка. Сюда он переехал с пересечения улиц Большой Проломной и Петропавловской. Тогда это был первый и единственный акционерный коммерческий банк Казанской губернии. Складочный капитал учреждения насчитывал миллион рублей, под который выпустили четыре тыс. акций по 250 рублей. В новом же здании были все необходимые для банковского помещения постройки. К примеру, «стальная комната», по нынешнему — депозитарий. Ныне здесь — главный офис банка «Аверс».

«Реальное время» подробно писало о здании на Джалиля, 3.

Дом промышленности (Островского, 1/6)

Основа улицы Островского — это, с одной стороны, дома дореволюционной постройки, с другой — образцы советской архитектуры. Особое место в этом ряду у Дома промышленности. Это здание, появившееся до Великой Отечественной войны, проектировал архитектор Рашид Муртазин. После он занимался известными перестройками и реконструкциями — корпуса КНИТУ-КАИ на площади Свободы, консерватории на Пушкина, синагоги (Дом учителя), а также проектировал с архитекторами Павлом Саначиным и Георгием Солдатовым Лениногорск и Бугульму.

Как зачастую бывает, на углу улицы раньше стояла Николо-Вешняковская церковь (сначала деревянная, 1566 года, потом перестроенная в камне в 1674-м и 1842-м). Ее разобрали в 1929 или 1930 году. Вешняковской она называлась по слободе, которая в свою очередь называлась так потому, что тут жили стрельцы приказа Вешнякова.

Советское здание же принадлежало Казанскому электротехническому заводу. Впрочем, также здесь жили композитор Назиб Жиганов и бывший министр культуры ТАССР Хаджи Рахматуллин. Про него журнал «Татарстан» приводит следующую легенду:

«Однажды секретарю Татарского обкома ВКП (б) Хаджи Рахматулли­ну в два часа ночи позвонил Сталин. Была осень 1950 года. Хаджи лихорадочно схватил со стола сводки о ходе уборочных работ, полагая, что речь пойдет об этом. В трубке раздался неторопливый чуть хри­пловатый голос.
— Здравствуйте…

Рахматуллин невольно вытянулся по стойке смирно.

— Здравствуйте, Иосиф Виссари­онович!

— Как ваше фамилие?

Секретарь до того разволновался, что с трудом выдавил:

— Рах… Рах… Рахматуллин.

— Вы, товарищ Рахматуллин, читали роман Гумера Баширова «Честь»?

К счастью, Рахматуллин читал роман, о чем и сообщил вождю.

— Ну и как, по-вашему, что это за произведение?

— По-моему, неплохое произведение, Иосиф Виссарионович!

Но Сталин этим ответом не удов­летворился.

— Неплохое или хорошее?

— Хорошее, хорошее! — тут же со­гласился Рахматуллин.

— А если так, то почему вы не вы­двигаете этот роман на Сталинскую премию?

Рахматуллин совсем растерялся. Но вспомнил, что роман уже полу­чил одну премию от Союза писате­лей, и сообщил об этом Сталину.

— Мы думали, что этого доста­точно…

Сталин долго молчал и был явно недоволен этим ответом.

— А вы все‑таки еще раз подумай­те, товарищ Рахматуллин… Крепко подумайте! До свидания».

Дом Арианова-Тельпугова (ул. Островского, 2)

Сейчас здесь находится Государственный ансамбль песни и танца РТ. Вероятно, ему более 150, а то и 200 лет, а потому владельцев у него было немало. Сначала у купца Варгина его приобрел коллежский асессор Соловьев, потом — отставной капитан артиллерии Тельпугов, и в итоге — купец Арианов. Каждый внес свою архитектурную лепту, смешав ампир, эклектику и модерн.

Номера Барабанова (ул. Островского, 4)

Ныне — министерство промышленности и торговли РТ. А ранее — дом купца-старообрядца Петра Степановича Барабанова. Памятная табличка же напоминает, что жил здесь писатель Тази Гиззат, вместе с Салихом Сайдашевым создавший музыкальную драму «Наемщик», а с Джаудатом Файзи — комедию «Башмачки». В соседнем здании обитал во время войны итальянец Джованни Джерманетто, написавший известную в СССР автобиографическую повесть «Записки цирюльника», которая начинается с фразы: «Самое раннее мое воспоминание — страдание».

Театр Качалова (ул. Островского, 5)

Служебный вход выглядит даже внушительнее основного — в любом случае такого нет ни у одного театра республики. Отсюда можно понять, насколько внушительно здание — с этой стороны это четыре этажа, включая репетиционный зал и гримерки.

Дом Коммунальников, он же — дом писателей (ул. Островского, 9/3)

Еще одно довоенное здание, построенное на месте церкви — Вознесенской, давшей название улице. Снесли ее в 1932-м, после нескольких лет препирательств, так как церковь принадлежала к числу охраняемых памятников второй категории. Советский дом можно назвать примером постконструктивизма, даже ар-деко — особенно примечателен скошенный угол лоджий. В эвакуацию здесь жили писатели, к примеру Самуил Маршак. Из постоянных обитателей известен один из зачинателей татарской оперной школы, солист Татарского театра оперы и балета Усман Альмеев с сыном, мастером офорта Надиром Альмеевым.

серию материалов.
Радиф Кашапов