«Если есть оркестр, он должен звучать, играть и иногда выползать из ямы» - «Культура»

Как в Камаловском театре 76-летнего Фуата Абубакирова сменил 33-летний Данияр Соколов Служившего в Камаловском театре с 1969 года Фуата Абубакирова на посту заведующего музыкальной частью и дирижера оркестра сменил Данияр Соколов. Корреспондент «Реального времени» побывал на прогоне визитной карточки театра — «Голубой шали», в которую ввели новую актрису на роль Майсары. Ушел скрипач, пришел пианист Фуату Абубакирову в прошлом году исполнилось 76 лет. Экс-дирижер оркестра в Камаловском театре родом из города Наманган, что в 300 километрах от Ташкента. В театре начал работать с 1964 года, учась на втором курсе консерватории. В 1969 году 1 марта стал трудиться в Камаловском официально. И первого же марта, но 2021 года ушел с должности дирижера, на которую заступил в 1973-м. Теперь заведующий музыкальной частью Данияр Соколов, а Фуат Абубакиров стал его советником. По сути, Абубакиров — такая же часть героического барельефа татарского театра, как, к примеру, Марсель Салимжанов и Дамир Сиразиев. Долгие годы Камаловский оставался единственным татарским театром, в котором работал оркестр (несколько лет назад оркестровую яму открыли и в Тинчуринском). Зачастую он сам играл в спектаклях, скажем в «Бесприданнице» Островского. Зрителям до сих пор памятен его образ лидера футуристического коллектива в «Плахе» по Айтматову. В 2014-м Соколов основал фонд и молодежный оркестр Sforzando, запустил фестиваль «Музыка вокруг нас», проводившийся в Свияжске и Казани. Фото: Олег Тихонов Данияру Соколову 33 года. Он тоже выпускник консерватории, пианист — лауреат конкурсов в России, Италии, Швейцарии, Испании. В 2014-м основал фонд и молодежный оркестр Sforzando, запустил фестиваль «Музыка вокруг нас», проводившийся в Свияжске и Казани, руководил выставочным залом «Манеж» в Казанском Кремле. Также в его списке событий — проекты «Кремлевские вечера», «Ночь музеев в Казанском Кремле — 2016», «Фанфары Казани», фестиваль The Kremlin Confederation of ART. Его оркестр показывал одноактные оперы на Черном озере, он был одним из ведущих деятелей оперной лаборатории KazanOperaLab. Его отец Мнир Соколов — солист оперных театров, филармонии, преподаватель классического вокала. Точно можно сказать, что Соколов — человек деятельный. Уже в оркестровой яме он успевает поделиться своими планами: — Для молодежных проектов останется Sforzando. И будет новая история, связанная с театром. К тому же в фонде мы очень много занимались театральными проектами. Соколов подчеркивает, что ему стали интересны предложенные задачи и условия в театре. Во-первых, это новые рабочие места: оркестр увеличился почти вдвое, в частности теперь здесь играет не четыре, а восемь скрипок. В «Шали» музыки много, много дуэтов, хоров, необходимо выдержать темпоритм, выверить все паузы, так что прогон идет с остановками и правками. Фото: Фоат Гарифуллин, предоставлено пресс-службой ТГАТ им. Г. Камала «Я ведь все понимаю, просто ничего сказать не могу» — Поскольку это государственный театр, у нас есть цель пропагандировать классическую татарскую музыку, — говорит Соколов. — Мне нравится фестиваль «Мирас», но это точечная акция. Я хочу, чтобы здесь был коллектив, который занимается такой музыкой целенаправленно. Есть много материала, который давно не игрался. А таким составом можно сыграть что угодно. Сейчас будем прогонять «Голубую шаль», она писалась в принципе под такой состав. Музыка в спектакле зазвучит богаче. Что касается слабого знания татарского, Соколов усмехается: «Я ведь все понимаю, просто ничего сказать не могу. Не было среды — в консерватории, в десятилетке таких требований нет. Я здесь уже две недели, замечаю, что сам начинаю отвечать (по-татарски). Хотя, конечно, есть барьер, но, думаю, через какое-то время мы его уберем. С Фуатом Хамитовичем я советуюсь по программе, мы разбираем его библиотеку, смотрим, что взять, что разобрать, что оцифровать. Я пришел для плотной работы. Если есть оркестр, он должен заниматься, звучать и играть, и иногда выползать из ямы». Мы беседуем на прогоне «Голубой шали». Перед началом Абубакиров желает оркестрантам удачи и добавляет: «Добро пожаловать в ваш театр». По поводу обстоятельств своего ухода говорит: — Мне сказали: «никаких интервью, всех отправляйте в пресс-службу». Так что я отключил телефон. В роли Майсары — ученица Фарида Бикчантаева, студентка последнего курса университета культуры Райхана Габдуллина. Фото: Фоат Гарифуллин, предоставлено пресс-службой ТГАТ им. Г. Камала В постановке «Голубая шаль» есть еще одно нововведение. В роли Майсары — ученица Фарида Бикчантаева, студентка последнего курса университета культуры Райхана Габдуллина. Внешне она напоминает новичка прошлого года, еще одну студентку, дебютировавшую в «Угасших звездах», Лейсан Гатауллину. Говорят, что на вакансию главной героини претендовала одна из дочек театральной династии Тухватуллиных, тогда получилась бы красивая история, ведь и Рамиль, и Ильсия в визитной карточке Камаловского пели ведущие партии. Здесь, впрочем, тоже диалог поколений. Отец Райханы — служащий в Камаловском с 1995 года Минвали Габдуллин, в спектакле он играет Зиганшу, ее злого дядю. В «Шали» музыки много, много дуэтов, хоров, необходимо выдержать темпоритм, выверить все паузы, так что прогон идет с остановками и правками. У Ришата Ахмадуллина, играющего Булата уже девять лет, это третья партнерша. Причины, почему Гюзель Гюльвердиева, ставшая благодаря певчевским данным даже звездой «ТикТока», не играет Майсару, открыто не озвучиваются, но о них можно догадаться. В феврале она вышла замуж за звукорежиссера театра Ильдара Харисова. Ильдар, кстати, тоже музыкант, записывает и издает свои песни, его стараниями во время пандемии театр провел немало онлайн-концертов. Что касается других многочисленных ролей, вроде недавнего спектакля «Хуш, авылым», в них актриса продолжает играть. Радиф Кашапов