В театре Кариева поставили пьесу врача-ревматолога - «Культура»

Это драма-посвящение «Белым цветам» Абсалямова Фото: Максим Платонов Театр имени Кариева представил необычное произведение — пьесу «Ак чәчәкләр кебек» («Белые цветы. Отражение») заслуженного врача РФ Равии Мухиной, посвященную 110-летию Абдурахмана Абсалямова и 55-летию романа «Белые цветы». Получилось ли что-то из эксперимента с производственной тематикой? Драматург с 35 годами врачебной практики Равия Мухина — заведующая отделением, руководитель Городского ревматологического центра им. И.Г. Салихова. В Сети можно найти немало отзывов о ее работе. К примеру: «У меня сложное течение болезни, и я практически была уже в инвалидном кресле, благодаря Равие Гаязовне я была направлена к замечательным ортопедам и теперь живу полноценной жизнью». Стаж ее работы — 35 лет. При этом Мухина — драматург начинающий. Поэтому к произведению о жизни людей в белых халатах много вопросов. Главная героиня, Асия Ильясовна (Энже Камалиева), крупный специалист в области ревматологии, узнает о появлении нового пациента. Его зовут Шафкат (Рамиль Вафин), и это ее первая любовь. У Шафката уже выросли дети, а его внучка (Гадиля Галиева) чрезмерно веселым голосом рассказывает своей игрушке историю, с которой ее познакомил дед, — про юную Асию (Илюса Камалиева). У Шафката уже выросли дети, а его внучка (Гадиля Галиева) чрезмерно веселым голосом рассказывает своей игрушке историю, с которой ее познакомил дед История эта развивается довольно линейно. У Асии больной с войны отец, четверо сестер и мечта стать врачом. Она бредит романом «Белые цветы». И как-то в ее училище приходит сам писатель Абдурахман Абсалямов (Ильфат Камалиев), чтобы поведать о том, что у героини его романа Гульшагиды есть прототип, Райса Шарафутдиновна (Рамзия Закирзянова), а работает она неподалеку от медуниверситета. Еще у Асии есть подружка Сания (Альбина Нугманова), которая как-то зазывает ее в Апастово — и становится жертвой змеиного укуса. Асия спасает подругу — и, видимо, поэтому в нее влюбляется военнослужащий, а параллельно студент-заочник педагогического института Шафкат. Любовь на расстоянии не увенчается успехом — мальчик устанет ждать, женится, а ревущей Асие скажут: ее ждут пациенты, надо идти к ним! И тут она и станет Асией Ильясовной. Неверного Шафката, конечно, вылечат, а внучка, разговаривающая с игрушками, захочет стать врачом (кстати, а что с героиней, у нее есть дети?). Еще у Асии есть подружка Сания (Альбина Нугманова), которая как-то зазывает ее в Апастово — и становится жертвой змеиного укуса Против кого играть? Но это произойдет во второй части спектакля. А в первой мы наблюдаем картину, когда в течение всего действия нет ни одного конфликта и ни одного хотя бы мало-мальски отрицательного персонажа. А значит, и играть нечего. Можно только изображать эмоции. Не спасают ни концертная интермедия, ни сцена в клубе с платьями в горошек, ни романтические прогулки. Вот полюбил Шафкат Асию, потому что она спасла подругу. А она в нем что нашла? Пленила девичье сердце солдатская выправка? Кажется, есть наметки конфликта, когда он хочет с ней провести Новый год, а у нее дежурство — но уже через некоторое время влюбленные кружатся в танце в январской стуже… Когда в действие вторгается реальность, то швы белыми нитками, которым скреплен распадающийся сюжет, видны особенно отчетливо. Асия говорит с бойфрендом по телефону на станции, где свою кабинку ищет композитор Сара Садыкова (отличный косплей Фирузы Зинатуллиной). Но тут она видит Асию — и сразу забывает о своих надобностях, начиная ни с того ни с сего петь осанну врачам. То же происходит в больнице, в которой все бегают в суете, но когда героиня встречает певицу Флеру Сулейманову (Гульнара Фазылзянова), все сотрудники сбегаются, чтобы спеть «Песню Гульшагиды»: «А любовь лишь одна, не приходит часто она.». Пару раз происходит что-то совсем уж невозможное: один из сокурсников Асии с перевязанной рукой просит обезболивающее, потом шутит, что в нее кто-то в больнице влюблен — а она бьет со смехом его по этой руке полотенцем. При этом, когда происходит мелодраматичный разрыв, у главной героини все же видны эмоции. История хоть и банальная, но наблюдать это интересно. Есть намеки на сложные отношения внутри семьи, когда умирает отец Асии, но из них автор ничего так и не выстраивает, резко обрубив эту линию. Вот полюбил Шафкат Асию, потому что она спасла подругу. А она в нем что нашла? Белые и пушистые Режиссеру Ренату Аюпову второй раз за сезон не везет с текстом. Осенью появилась комедия «Корт» по проходной комедии Фанавиля Галиева, поставленная явно в память об ушедшем товарище. А здесь-то что заставило театр взяться за пьесу драматурга-новичка, даже не облагородив ее работой, к примеру, более опытного соавтора? В результате единственный герой, которому есть что играть, появляется в конце — это некий чиновник Эдуард (Ильназ Хабибуллин). Он находится в ревматологическом центре, где больные рассказывают свои печальные, но оптимистичные истории. Погодите, получается, автор сама себя хвалит за работу своего центра? Так и есть — вот Асие Ильясовне пациенты дарят цветы и поют. И Эдуард, сидящий на коляске, вспоминающий детские травмы (душевные и физические), поворачивается и соглашается на лечение. И хоть это выглядит не так эффектно, но зато есть действие, есть перемены. Ну а врача надо слушаться, Эдуард. С сидячим образом жизни шутки плохи, это вам любой журналист скажет. Даже когда герои изображают драматичную сцену прогулки Мансура и Гульшагиды из романа, у них получается «мимимишная» комедия (а надо ли говорить, что тот разговор на берегу Казанки был одним из самых серьезных и определяющих в тексте романа Абсалямова). Представьте себе, к примеру, как выглядел бы доктор Хаус в таких реалиях: у меня болит нога, немножко, но это ничего, зато у меня отличный заведующий и прекрасный друг! Из этой пьесы получилась бы отличная передовица в «Ватаным Татарстан»: «Лечить не только тело, но и душу». Сама оттепельная эпоха, изображаемая в произведении, как бы намекает: вот и возвращается, наряду с остальными реалиями советской эпохи, соцреализм, борьба хороших с еще более замечательными. Радиф Кашапов, фото Максима Платонова