«Нас не покидало ощущение, что мы видим все это в последний раз» - «Культура»

В Казани презентовали книгу «Тени Касимовского ханства» Фото: Радиф Кашапов В Национальной библиотеке Татарстана презентовали книгу «Тени Касимовского ханства» — фотоальбом с воспоминаниями жителей татарских деревень Рязанской области. Авторы пояснили, что не углублялись в исторический контекст, у них получилось сочинение о том, чем живут потомки касимовских татар. Подробнее — в материале «Реального времени». «Мой дедушка Сафар-хазрат в советское время поднимался на минарет разрушенной мечети, обращаясь в поле» Касимовское ханство возникло в результате распада Золотой Орды. Первым его правителем был Касим — сын Улуг-Мухаммеда, основателя Казанского ханства. История его закончилась в 1681 году со смертью Фатимы-Султан бикем. Здесь прожила последние годы царица Сююмбике. На презентации фотоальбома «Тени Касимовского ханства» в Нацбиблиотеке гостей встречал заместитель премьер-министра Татарстана Василь Шайхразиев — из Москвы представлять книгу приехал солидный десант. Рушан Аббясов, заместитель председателя Духовного управления мусульман РФ и Совета муфтиев России по международным делам, выступал в этот день в первую очередь в качестве издателя — генерального директора издательства «Читай». На презентации фотоальбома «Тени Касимовского ханства» в Нацбиблиотеке гостей встречал заместитель премьер-министра Татарстана Василь Шайхразиев — Эти земли находятся всего в 280 км от Москвы, здесь сохранился редкий памятник XV века — минарет Ханской мечети. Мы стараемся из Москвы, из области привозить сюда экскурсии. Пусть ездят, смотрят, знают, — сказал Аббясов. Главными героями презентации издания стали его авторы, руководитель Департамента культуры ДУМ РФ Ренат Абянов и историк-журналист Марат Сафаров. Они подробно, с фото-, аудио- и видеопримерами рассказали о своей работе, которая заняла четыре года. За это время писатели десять раз съездили в экспедицию и взяли около 1000 интервью. Сейчас в Рязанской области живет 5000 татар, из них, указали авторы, 4000 — это татары-мишаре. Во многом это красочная, но грустная книга, полная живописных фотографий и воспоминаний. — Люди приезжали из Узбекистана, смотрели в поле и говорили: «Тут была мечеть, тут улица», — приводил пример Сафаров. — «А здесь, значит, мой дедушка, Сафар-хазрат в советское время поднимался на минарет разрушенной мечети, обращаясь в поле, куда-то вдаль». Возможно — к нам. Главными героями презентации издания стали его авторы, историк-журналист Марат Сафаров и руководитель Департамента культуры ДУМ РФ Ренат Абянов Авторы разделили книгу по рекам, протекающим по этой территории. Так возникли главы про Лею, Мокшу, Оку. Хронологии было решено не придерживаться, хотя она тут любопытная: как говорит Сафаров, в каждом доме здесь хранится книга научного сотрудника Института истории Фариды Шарифуллиной, в каждом доме помнят о посещении Дамира Исхакова — по этим датам даже отсчитывают, когда это было — 30 или 40 лет назад. Было Имән күле — стало Иванково — Нас не покидало ощущение, что мы видим все это в последний раз, — сделали грустный вывод Абянов и Сафаров. Вернешься в следующий раз, подойдешь к воротам — а человек уже умер или был увезен родственниками. Уходят воспоминания, что то или иное село ассоциируется с татарами. Скажем, село Тарбаево его жители называли русским, пока одна женщина, по имени Марьям, не указала место, где здесь стояла мечеть. Меняются названия сел. Было Имән күле — стало Иванково. Однако русские здесь совершенно спокойно произносят татарские имена, не меняют их и не переиначивают. А ислам называют «татарской верой». — Все встречные нам люди говорят о принадлежности к татарскому народу, — сказал Сафаров, напомнив о предстоящей переписи населения. — А потом уже говорят о деталях. Один из последних фрагментов был посвящен смешанным бракам. Авторы изучили такое явление, как «русская сноха», и показали интервью Татьяны Хожбахтеевой из села Азеево. В нем она демонстрирует, как говорила с односельчанами на татарском, и читает короткие молитвы. После Сафаров и Абянов рассказывают, что Татьяне пришлось стать человеком, который хоронит родственников — больше некому. Так что она получила инструкцию — что покупать на поминки, кого звать. «Я спокойна — Хамзинишну я проводила», — так сказала интервьюерам Хожбахтеева. — Мы не хотели бы, чтобы у вас сложились через такие рассказы представления об ассимиляции, — резюмировали авторы. — Потому что, если вы приедете на местный Сабантуй, вы в наши слова не поверите. Также они отметили, что после четырех лет у них сохранилось немало видеоматериала — надеемся, этот архив также превратится в медиапроект. Радиф Кашапов, фото автора