«Немая кукушка»: когда финские татары поют вместе с казанскими - «Культура»

Театральные постановки Татарстана: смотрим дома

Не так много сохранилось за многолетнюю историю татарского театра хорошо отснятых спектаклей. Большая удача, что в их число попала «Телсез күке» («Немая кукушка») по пьесе Зульфата Хакима, одна из главных режиссерских удач Фарида Бикчантаева.

Великое не-молчание в лесу

«Телсез күке» — премьера 2004 года. Ее текст победил на конкурсе «Новая татарская пьеса», при этом там выиграла совсем другая пьеса. Ее можно найти в книгах — это история вдвое длиннее, в которой в первой части еще больше немецкой и русской речи, чем на сцене. Это по сути эпический роман в репликах. В результате, говорят, Хакима на репетиции не пускали, а текст сильно сократили.

А еще «Немая кукушка» — это лучшая роль Олега Фазылзянова, которого ради нее переманили из нижнекамского театра. И долгое время потом он не мог проявиться во всех смыслах, пока не появился «Микулай» в Кариевском театре в 2020 году (то есть Фазылзянов вновь сыграл не в том театре, где служил на тот момент). Там он играет кряшена, который остался один в деревне и общается с куклами, напевая Yesterday. Сейчас эта пьеса Мансура Гилязова стала основой фильма Ильшата Рахимбая с Виктором Сухоруковым в главной роли, правда, превратившись в триллер и обретя бюджет в 20 миллионов, который все еще предстоит закрыть.

На его фоне блистает, но иначе, другой поющий актер, потом ушедший в политику и бизнес (и даже сейчас продолжающий свою карьеру), Рамиль Тухватуллин. Герой Фазылзянова — татарин из России и любитель гулять в одиночестве. Однажды в 1939-м он, будучи солдатом, натыкается в лесу на Зиятдина, финского татарина. Признает в нем по языку сородича. Обоих хватает дозор. Позже Зиятдину удается вернуться из концлагеря на родину, а Зариф воюет в штрафбате и дослуживается до полного кавалера Орденов Славы. Когда он хочет узнать, что стало с Зиятдином, то получает новый срок.

Долгое время тема татарских эмигрантов на сцене не воплощалась. Хаким с финскими татарами, чьи деды уехали, в основном в конце XIX века, а также после революции, спасаясь от коллективизации, конечно, знакомый, воспроизвел и их отношение к родине предков, к языку, к музыке, традициям. Но в первую очередь легко и просто подчеркнул, что объединяет людей одного народа, выросших в разных странах — это звук, речь. Явно хорошо знает финских татар Рамиль Тухватуллин. Предания гласят, что в молодости он поехал в Хельсинки за длинной финской маркой, дал концерт, купил подержанную иномарку, а потом чудом, без прав, доехал на ней до Казани.

Верни мне речь

Если смотреть этот спектакль сейчас, то видишь в нем многое, что рифмуется с новыми спектаклями. Деревья как оформление сцены. Мертвые бревна и фальшивые стекловидные трубы. Глубина сцены. Достаточные микстуры юмора. А еще значительное количество русского языка, потому в спектакле задействованы солдаты из Красноярка, Воронежа, Гудермеса, Одессы и Татарстана. Сторону наблюдателей и надзирателей представляют два характерных актера — Искандер Хайруллин и Наил Дунаев, оба в роли человека из НКВД Зимина. Не он ставит диагнозы, а Зариф, который называет татар немыми кукушками. И это в 2004 году. А скажет он это потому, что благодаря внучке Насиме Зарифу вернулся дар речи.

В финале спектакля Азгар Шакиров (как старик Зариф) говорит Зимину: «Ты живи долго! 200 лет! Тебе нужно много времени, чтобы понять то, что никак не поймешь. А еще нужно будет время, чтобы покаяться».

Говорят, что по пьесе хотели снять фильм (естественно). Да и Хаким после этого не выдал чего-то более выдающегося. Не считать же комедию «Есть ли лекарство от взятки?» с ее очевидными умозаключениями и жизнью в один сезон литературным подвигом.

В 2006 году театр имени Камала поехал на гастроли в Великобританию, выступая в зале «Риверсайд студио» на 400 мест. После актеры и режиссер говорили, что особым успехом пользовалась «Немая кукушка». Тогда импрессарио театра Роджер Маккен предложил Хакиму перевести ее текст на английский.

История продолжения не получила.