В Нижнекамском татарском драмтеатре показали «Осень» Гаяза Исхаки - «Культура»

Это вторая в истории инсценировка повести о том, что счастье надо заслужить

Берлинская повесть

Повесть «Көз» Исхаки написал в Берлине в 1923 году. Один из главных писателей, политический деятель, публицист после революции оказался сначала во Владивостоке, затем по морям-океанам добрался до Парижа, далее были Финляндии и Германия. Живя за рубежом, Исхаки писал не так много прозы, но активно печатал газеты и ездил по миру.

«Осень» — это история двух женщин: Нафисы и Гульсум. Первая пошла наперекор родителям, вышла замуж и живет счастливо. Вторая не смогла сделать решительный шаг и осталась несчастной.

Впервые «Осень» поставил на сцене Фарид Бикчантаев в 1995 году, когда он поработал с несколькими другими театрами, кроме Камаловского. Он ставил в Качаловском «Весельчаков» Нила Саймона, «Дон Жуана» Мольера в ТЮЗе, «Собаку на сене» Лопе де Вега в Башкирском драматическом театре имени Гафури.

Наконец, в татарском «Нуре» в Уфе 3 ноября 1995 года показали «Осень». Это был период, когда Исхаки возвращался к читателю — в 1998-м начали издавать его многотомник. В театре до этого поставили «Зулейху», «Брачный договор» и «Жан Баевича». «Осень» Бикчантаева получила на фестивале «Наурүз» приз «За лучшую режиссуру», ее, к примеру, также показывали на фестивале «Современная режиссура молодых театров» в Москве.

Нафиса и Гульсум

У Бикчантаева каждую главную роль исполняют по две актрисы (молодость и зрелость). В Нижнекамском театре у Ахметовой всю роль доверяют играть одному человеку. После спектакля «Дом Бургана», в котором показывали крах семьи, она ставит спектакль о девушках, которые, находясь в сложной ситуации, берут судьбу в свои руки, или наоборот.

Играет музыка Иоганна Батиста Штрауса-младшего и Чайковского, также для постановки сочинял композитор Ильдар Камалов, который сейчас учится в Columbia College Chicago в США. Фарида Мухамедшина создала элегантные костюмы с оглядкой на эпоху.

Сценография предельно аскетична — на заднем плане виднеются фотографии Аитовых и Аппаковых, а главная деталь — помост, превращающийся в пароход, балкон и другие места встреч. Инсценировку для театра написал поэт Рузаль Мухаметшин. Спектакль начинается со сцены встречи двух героинь: они укладывают детей спать и рассказывают свои истории.

Сначала — Нафиса. Эльвира Асатова сходу берет какой-то сверхвысокий уровень напряжения, с которым и проводит свой час. Она родилась в купеческой семье, получила мусульманское образование, также ей давали уроки русского. В театре она познакомилась с Халилем (Раушан Асатов). Однако ее отцу Ахметзяну (Рафиль Зайнуллин) это не понравилось. Мама Гайникамал (Люзия Чупашева) оказалась меж двух огней. Однако в итоге Нафиса смогла прочитать никах с Халилем и теперь живет со своим доктором душа в душу.

У Гульсум (Гузель Шамарданова/Альбина Карабулут) история другая. Она дочь мурзы, выросла в русском окружении под надзором тетки (Люзия Чупашева), которая устроила однажды скандал, узнав, что девушка соблюдает пост. Она хочет выдать ее замуж, чтобы решить свои финансовые проблемы. А Гульсум несколько раз не может сделать решительный шаг, буквально перешагнуть через порог, чтобы стать свободной вместе с любимым мужчиной Пашей.

И отец, и офицер, и чужой муж

Все актеры, кроме девушек, играют по несколько ролей. Рекордсмен в этом плане — Алмаз Хусаинов: он и автор, и брат Нафисы, и конюх Зариф, и хромающий полковник — пластические номера, подобные его шоу, ставила Наиля Фаткуллина. Порой в этом видится что-то большее: к примеру, Рафиль Зайнуллин — он и отец Нафисы, но при этом и будущий муж-пьяница Гульсум. Своеобразный намек на возможные превратности судьбы.

И если играть суровых мулл и их забитых жен наши актеры научились, не выходя, впрочем, за пределы масочности, то, к примеру, офицеры и дамы на вечере выглядят комично.

Стоит еще поработать и Люзии Чупашевой над образом жестокой тетушки — она только и делает, что колотит Гульсум, словно других чувств и хитрости у нее нет.

Первая часть спектакля смотрится как традиционная романтическая история. Во второй — из-за калейдоскопа сцен со сменой героев, к примеру, здесь буквально на миг появляется Фариль Вафиев в образе шутника-кыргыза и мнительного свата, не успевая раскрыться, начинается несколько утомительный пересказ со всеми подробностями, в то время как зритель уже хочет дойти до сути.

А суть, конечно, в том, что Халиль и Паша — один человек. «Я же писала тебе», — кричит Гульсум. «А я письма не получал», — отвечает Паша. «Но я же тебе писала», — продолжает Гульсум, как будто проблема в почте, а не в ней самой.

Хоть Асатов особо и не скрывает свою личность на сцене, для некоторых зрителей наличие треугольника стало удивлением.

Да, в финале он встречается с Гульсум в коляске, пока Нафиса берет на себя заботы о ее муже-пьянице, что вызывает даже сцены ревности. В этот момент, наконец, проявляется более широкий спектр чувств обеих героинь, которого пока что не хватает в основной части спектакля. Вокруг них люди играют по несколько персонажей, примеряют на себя различные обстоятельства и чувства. Так почему бы и Нафисе с Гульсум не побыть разными?