Пандемийный год был ужасным для врачей, начало 2021-го — еще хуже - «Медицина»

«Ужасный» минувший год для врачей Великобритании сменился еще более худшими первыми месяцами 2021-го. В январе и феврале NHS (Национальная служба здравоохранения Великобритании, — прим. пер.) была перегружена. По мере того как накатывала третья волна коронавируса, измученные медики по всей стране продолжали работать. И только когда темпы заболеваемости упали, у двух ливерпульских врачей местной инфекционки появилась возможность рассказать, как они пережили те страшные дни. Медикам очевидно, что как на национальном, так и на глобальном уровнях система здравоохранения оказалась не готова к пандемии. Об этом в авторской колонке для международного издания The Сonversation пишут врач-инфекционист, старший клинический преподаватель Ливерпульской школы тропической медицины, почетный научный сотрудник Ливерпульского университета Том Вингфилд и профессор глобального здравоохранения Ливерпульской школы тропической медицины Мириам Тэгтмейер. «Реальное время» предлагает ознакомиться с переводом статьи.

«2020-й был ужасным, первые месяцы 2021-го — еще хуже»

Мы — два врача инфекционной больницы, работающие в городе Ливерпуле. За прошедший год мы убедились в разрушительном воздействии COVID-19 на нас, наши семьи, наших коллег и людей, находящихся под нашей опекой.

Во время первой волны мы писали о риске психических заболеваний и моральных травм среди медицинских работников. Во время второй волны мы сообщили о том, что наши страхи перед усталостью и выгоранием медицинских работников становятся правдой.

В начале самой последней волны в Великобритании, самой тяжелой и трудной, мы даже не нашли времени на написание материала.

В то время как 2020 год был ужасным годом для работников здравоохранения, первые несколько месяцев 2021 года были еще хуже. Очевидно, что как на национальном, так и на глобальном уровнях здравоохранению не удалось четко отреагировать на пандемию. Эти неудачи требуют как расплаты, так и возмещения ущерба.

В январе и феврале 2021 года NHS (Национальная служба здравоохранения Великобритании, — прим. переводчика) была перегружена. По мере того как накатывала третья волна коронавируса, измученные врачи и медсестры по всей стране продолжали работать. Мы изо всех сил старались обеспечить наилучший уход за тяжелыми больными.

Как мы уже писали, количество госпитализаций и показатели смертности в Великобритании продолжают снижаться. Разрушительная, но необходимая всеобщая изоляция в сочетании с быстрым внедрением вакцин преуспели в том, чтобы переломить ситуацию, но это только на сегодня.

Сцены на передовой

Во время уже привычных вызовов дежурных в выходные дни в январе на пике заболеваемости в нашем регионе мы столкнулись с ошеломляющим количеством медицинских, социальных и этических проблем.

Ниже приводится выдержка из журнала, описывающая сцены:

«Это был самый напряженный уик-энд пандемии для меня. Как и следовало ожидать, это произошло через несколько недель после рождественских семейных гуляний. В нашей больнице было более 500 человек с COVID-19. За предыдущие 24 часа было госпитализировано более 40 человек. Двадцать два были в критическом состоянии и нуждались в осмотре бригады интенсивной терапии.

Я дежурил в двух инфекционных отделениях, которые были преобразованы в отделения интенсивной терапии с аппаратами искусственной вентиляции легких. Эти отделения укомплектованы врачами-инфекционистами и предлагают повышенный уровень медицинской помощи со специализированным оборудованием ИВЛ, но их штат намного меньше, чем в отделении интенсивной терапии, а смены длиннее.

Утро началось с того, что 44-летний мужчина рухнул на пол, потеряв сознание. Двое мужчин с психическими расстройствами начали бессознательно снимать свои маски ИВЛ, в результате чего их уровень кислорода упал до опасно низкой отметки. Это задало тон на оставшуюся часть уик-энда.

В течение дня, проходя через две палаты, я постоянно переходил от пациента к пациенту, поскольку людям становилось все хуже. Двух молодых людей в возрасте 30 лет нужно было интубировать и отправить в реанимацию, а после уборки их кровати и комнаты были немедленно заняты другими больными людьми, которые нуждались в осмотре.

В тот день штат отделения неустанно работал над тем, чтобы все в палате были в безопасности. Не говоря уже о множестве звонков родным и близким пациентов, невозможно было сделать все, что мы хотели бы, для всех и для их родственников, ожидающих дома и не имеющих возможности посетить больницу из-за COVID-19.

В двух наших палатах примерно у трети пациентов члены семьи были госпитализированы в другие отделения больницы с COVID-19. Это были мужья, жены, сестры, тяжело беременная молодая девушка. Предоставление инвалидных колясок, переносного кислорода и организация рабочего времени для членов семьи, чтобы они могли безопасно видеть друг друга, поиск переводчиков, общение с близкими и сбор людей были мелочами, которые имели значение.

Это было похоже на жонглирование. Постоянное жонглирование. И это было трудно, очень трудно.

И все же, несмотря на трудности, это были выходные, полные сострадания. Полные сострадательных людей и действий. Медсестры, фельдшеры, уборщицы, носильщики, рентгенологи — все мы каким-то образом находили время, чтобы уделить каждому пациенту внимание и заботу».

Подобные сцены разыгрывались по всей Великобритании в начале 2021 года. Воздействие этого опыта на людей с COVID-19, их семьи и медицинских работников было травматичным, и последствия будут ощущаться еще в течение некоторого времени.

Это также вызывает отдельные вопросы, связанные с профилактикой, лечением и уходом, которые мы предлагаем людям с COVID-19. Возможен ли сострадательный подход к COVID-19 — и к любой другой болезни, если на то пошло, — даже в нашей недоукомплектованной, ограниченной в ресурсах системе здравоохранения? И будет ли эта система проявлять сострадание не только к тем, о ком она заботится, но и к специалистам, работающим в ней?

Смертельное предательство

Во время этой пандемии отсутствие средств индивидуальной защиты для работников здравоохранения во всем мире было описано как «смертельное предательство».

Поступали сообщения об ограничении доступа к средствам индивидуальной защиты. Между тем меры контроля передачи инфекции воздушно-капельным путем были недостаточными.

Эти промахи системы оказали реальное влияние на наше здоровье. В 2020 году количество оформленных больничных было намного выше, чем когда-либо ранее, и особенно пострадали врачи.

Среди тех врачей, кто находился в группе риска смерти из-за COVID-19, многие были выходцами из этнических меньшинств.

В ходе опроса, проведенного Британской медицинской ассоциацией, менее трети чернокожих, азиатских и прочих этнических меньшинств сообщили, что чувствуют себя полностью защищенными от риска заражения коронавирусом по сравнению с почти двумя третями белых врачей. Еще более показательно, что одна треть заявила, что они либо вообще не подвергались оценке риска заражения вирусом, либо что предыдущая оценка нуждается в обновлении.

Это не может так продолжаться, и стратегии вакцинации против COVID-19 должны обеспечить более широкий доступ для чернокожих, азиатских и прочих этнических меньшинств медицинских работников. Нам нужно объективное исследование по профилактике инфекций и борьбе с ними.

Равнодушие к благополучию медицинских работников приводит к этическому конфликту между нашим чувством долга по отношению к нашим пациентам и нашим пониманием собственного риска заболеть опасной для жизни болезнью.

Наряду с юридическим обязательством обеспечивать безопасность работников здравоохранения на работе, разве не было бы верным, если бы правительства также чувствовали моральное обязательство делать это?

Если этого недостаточно, улучшение условий труда людей, оказывающих медицинскую помощь, может также улучшить результаты работы самой системы здравоохранения.

По мере того как третья волна спадает, страна выходит из изоляции, а медицинские работники, такие как мы, выходят на улицу, мы можем начать размышлять о том, как может выглядеть оказание помощи людям с COVID-19 и их опекунам после 2021 года. Это должно быть лучше, чем было до сих пор.

Это первая часть цикла из двух статей о лечении COVID-19 в 2021 году и в последующий период.