Казанская скорая: армейский режим, рост вызовов на бытовое насилие и защита врачей от заражений - «Медицина»

Фото: Максим Платонов Сегодня в России отмечается День работников скорой медицинской помощи. Врачи неотложки — бойцы авангарда в войне с коронавирусной инфекции во всем мире. Эта профессия именно сегодня важна как никогда. Корреспонденты «Реального времени» отправились на станцию казанской скорой и посмотрели, как там идет работа в условиях пандемии, и проверили, хватает ли врачам средств защиты. «На все 20 минут, как в армии» «Не скажу, что это легко, но мне очень нравится», — говорит о своей работе врач скорой помощи Казани Римма Рамазанова. Один из главных плюсов профессии для нее — постоянное расширение кругозора: даже после 15 лет работы в экстренной службе ей все равно периодически приходится сталкиваться с интересными случаями, заставляющими поднимать профессиональную литературу или советоваться с коллегами. Очередной «интересный случай» нашей собеседнице (да и всему остальному миру) в конце прошлого года предоставила пандемия коронавируса, из-за чего медики были вынуждены быстро адаптироваться к новой реальности. И без того непростые смены врачей скорой помощи дополнились новыми требованиями и, конечно, новыми тревогами. Но обо всем по порядку. — Если описывать хронологию, то мы приезжаем на станцию чуть заранее, чтобы одеться, получить медикаменты, а теперь еще и заполнить температурный журнал, перечислить имеющиеся жалобы и пройти проверку, — рассказывает Римма Робертовна. — В семь утра начинается смена, ждем вызова и выезжаем. Два раза в день мы заезжаем пообедать и поужинать: на все 20 минут, как в армии. Если много не разговаривать, то все успеваем. Ночью, часа в три, можем заехать на станцию, поспать час, а затем — снова по вызовам. В целом одна смена длится 24 часа. Можно брать и меньше — по 12 часов, но мне так не очень удобно. «Нам, конечно, сейчас дают вызовы ОРВИ, но диспетчеры заранее уточняют, был ли у пациента контакт с зараженными, выезжал ли он куда-то. То есть ты примерно знаешь, к какому больному ты едешь», — рассказывает Рамазанова «Заразиться боюсь, все может быть» Привычный режим работы, по словам собеседницы нашего издания, изменился 23 февраля, когда спецбортом МЧС в Казань доставили восьмерых россиян (у нескольких был диагностирован коронавирус) с туристического судна Diamond Princess. Сотрудникам скорой оперативно провели обучение: рассказали о COVID-19, показали, как обращаться с биобоксами и правильно пользоваться средствами индивидуальной защиты. — Нам, конечно, сейчас дают вызовы ОРВИ, но диспетчеры заранее уточняют, был ли у пациента контакт с зараженными, выезжал ли он куда-то. То есть ты примерно знаешь, к какому больному ты едешь. Если возникают подозрения, то надеваешь костюм и отправляешься в нем. Мне самой приходилось надевать специальный костюм только один раз — в самом начале, а потом уже нет, поскольку правила изменились, — рассказывает Рамазанова. Как поясняет главный врач Станции скорой медицинской помощи Казани Фарид Галяутдинов, для работы с COVID пациентами или с подозрением на этот диагноз были выделены отдельные бригады. Вначале их было шесть и распределены они были по разным филиалам. Сейчас по этому направлению работает только один филиал — восьмой, а другие обслуживают вызовы, не связанные с COVID-19. — К сожалению, как бы внимательно мы ни принимали вызовы еще на этапе диспетчеров, все равно можно что-то упустить — невозможно на 100 процентов знать, что вы не нарветесь на COVID-положительного пациента, — сетует Фарид Галяутдинов. — Мы не ездим на все вызовы экипированными. В СИЗах мы ездим на уже подтвержденные или подозрительные случаи. Можно случайно нарваться, и такое случается, но мы сразу берем наших сотрудников под наблюдение, отправляем их на изоляцию. Замечу, что за 2 месяца работы в таком режиме ни одного заболевшего среди наших медиков нет. «К сожалению, как бы внимательно мы ни принимали вызовы еще на этапе диспетчеров, все равно можно что-то упустить — невозможно на 100 процентов знать, что вы не нарветесь на COVID-положительного пациента», — сетует Фарид Галяутдинов «Заразиться боюсь, все может быть», — признает Римма Робертовна. Обезопасить себя ей помогает стандартный набор: перчатки, маска и антисептик, Причем пользуется она ими не только на работе, но и в обычной жизни: к примеру, отправляясь в магазин за продуктами. «Не скажу, что я бесстрашная. Здравый смысл должен присутствовать», — улыбается, протирая руки антисептиком, наша собеседница. «За сутки поступает примерно тысяча вызовов» Отправляясь на станцию скорой помощи, мы ожидали столкнуться с дикой суетой и бригадами, стремительно срывающимися на вызовы, однако на месте у нас начало складывается ощущение, будто никакой пандемии не существует. — Паники нет. Я очень благодарен своему коллективу за такой подход к работе, — комментирует происходящее Фарид Галяутдинов. — В целом не скажу, что мы видим какие-то тектонические изменения в режиме работы. Был определенный период в самом начале, когда вызовов стало больше, но, на мой взгляд, это было связано с сезонным ОРВИ, гриппом. Сейчас за сутки вызовов поступает в пределах тысячи. Если сравнивать текущий период с прошлыми годами, то нагрузка примерно одинаковая, может быть, немного ниже. Видимо, казанцы в эти дни стараются лишний раз не отвлекать врачей скорой помощи на легкие болячки. Но главврач казанской скорой предполагает, что это может быть связано не с этим, а с введением режима самоизоляции: стало меньше ДТП, производственных и других травм, а также происшествий в общественных местах. При этом отмечается параллельный рост вызовов другого характера: домашнее насилие, суициды, алкогольные отравления. Также нагрузка начала немного возрастать из-за того, что со временем люди стали чаще покидать места самоизоляции. «Не скажу, что они у нас тысячами лежат, но бригады оснащены средствами защиты», — заверил нас главврач «Пока у нас в Татарстане все очень неплохо» Вопрос, тревожащий не только медиков, работающих на передовой, но и рядовых граждан — это нехватка средств индивидуальной защиты. По всей видимости, посылки из Китая и усилия татарстанских предприятий все же приносят реальные плоды и, по крайне мере, на скорой масок хватает всем. — Не было таких дней, чтобы скорая помощь у нас сидела без СИЗов. В сутки в расход идет 50—60 костюмов, ведется ежедневный мониторинг, но в запасе у нас меньше 300—400 никогда не оставалось. Через 2—3 дня запасы пополняются: халатами, шапочками, масками, специальными костюмами, респираторами. Не скажу, что они у нас тысячами лежат, но бригады оснащены средствами защиты, — заверил нас главврач. При этом Римма Рамазанова припоминает короткий период, когда медикам выдавали только одну маску в день. «Поначалу проблем вообще не было, потом настал период где-то в неделю, когда запасы новые не подоспели, но потом все исправилось», — рассказала наша собеседница. А один из сотрудников станции, пожелавший остаться неназванным, посетовал на то, что водителям вообще не выдают маски, хотя им приходится контактировать с больными, помогая бригаде загружать пациентов в реанимобили. Рамазанова, как и ее коллеги, старается читать все последние новости о коронавирусе и следить за ситуацией в других регионах. «Я считаю, что пока у нас в Татарстане все очень неплохо. Мы пока молодцы», — отвечает на наш последний вопрос Римма Робертовна и, спешно попрощавшись, срывается на очередной вызов. Лина Саримова, фото Максима Платонова