«Ту ночь я запомню по фразе моего сына: «Мама, это война?» - «Происшествия»

Жительница Минска Анна Саенко о событиях первой ночи протестов после выборов Фото: Из архива автора Анна Саенко переехала из России в Минск весной этого года. Пока ее муж по приглашению трудится в местном офисе международной IT-компании, Анна успела пережить в Белоруссии начало пандемии, а сейчас стала свидетелем протестов по итогам выборов президента республики. В авторской колонке для «Реального времени» девушка рассказала, как в первую ночь они слушали звуки взрывов, не понимая, что происходит на улице, в условиях отсутствия интернета узнавали о новостях и результатах голосования от родных из России, а двухлетний сын тогда впервые произнес слово «война». «Мы даже не могли узнать результаты голосования» В Минск мы внезапно решили переехать полгода назад, перед самым закрытием границ. Мужу предложили работу в местном офисе международной IT-компании, и мы решили, что переезд будет новым и интересным опытом. Уже после переезда узнали, что вскоре грядут выборы. По всем предшествующим событиям и по настроению людей было понятно, что люди будут отстаивать свое право на честные выборы, но, наверное, никто не ожидал, в каком масштабе это пройдет. Люди заранее были уверены, что в день выборов начнутся проблемы с интернетом. Не было никаких официальных заявлений, просто это отличительная черта белорусов — всегда быть готовыми к худшим сценариям. Я заранее скачала приложение vpn, но в день X оказалось, что связь не работает даже с ним. В воскресенье вечером результаты еще не были известны. Были слышны редкие сигналы машин на улицах, но обстановка была спокойной. Когда мы проснулись на следующий после выборов день, интернета все так же не было. Самое смешное было в том, что мы даже не могли узнать результаты голосования, потому что начались неполадки с телевизором. Бесперебойно работал только один канал, но никакой информации про выборы там не было. Я позвонила маме в Россию, чтобы узнать хоть какие-то новости. По всем предшествующим событиям и по настроению людей было понятно, что люди будут отстаивать свое право на честные выборы, но, наверное, никто не ожидал, в каком масштабе это пройдет. Фото twitter.com «Около полуночи начались звуки взрывов — было очень похоже на гром» Когда услышали результаты, поняли сразу, что люди не будут с ними согласны. Мы слышали, что акции протеста начнутся вечером, поэтому остались дома, так как мы граждане другого государства и нам не стоит вмешиваться в политику чужой страны. Начиная с девяти вечера появился отчетливый гул сигналов автомобилей. Непонятно было, далеко они или близко, казалось что звук идет со всех сторон. Мы не могли понять, что происходит на улице, потому что в окно ничего не было видно, а интернета у нас не было. Около полуночи начались звуки взрывов. Было очень похоже на гром: сначала появлялся всполох в небе, а за ним следовал удар. Взрывы повторялись все чаще и чаще, и это был, пожалуй, самый страшный момент. Мы находились в безопасности в своей квартире, но мы не понимали, что вокруг происходит и были полностью отрезаны от внешнего мира. В голове я прокручивала сотни мыслей о том, что делать, если ситуация будет еще хуже. Как добраться до посольства, если нет интернета, а адрес мы не помним. В ту ночь мы думали, что все действия происходят где-то далеко, так как нам ничего не было видно. Когда на следующий день нам удалось загрузить местный сайт, оказалось, что основные протесты были на параллельной улице, а недалеко от «Детского мира», куда мы ходим за покупками, даже погиб человек. Ту ночь я запомню по фразе моего сына: «Мама, это война?» — в отличие от меня, он был не напуган. На тот момент я была в таком шоке от происходящего, что даже не удивилась, откуда мой двухлетний ребенок знает такое слово. Во вторник днем мы решились выйти на улицу. Все было прибрано, и ничего не говорило о том, что ночью были беспорядки. Люди как ни в чем не бывало шли на работу, родители гуляли со своими детьми. Из-за проблем со связью первые два дня после выборов не работали неместные компании — «Макдоналдс» и «Додо-пицца». У входов стояли люди, недовольные тем, что не могут поесть. Все остальные магазины и кафе продолжали работать, как и раньше. Во вторник днем мы решились выйти на улицу. Все было прибрано, и ничего не говорило о том, что ночью были беспорядки. Люди как ни в чем не бывало шли на работу, родители гуляли со своими детьми Со вторника протесты были уже тише. Я слышала выстрелы, но взрывов вроде не было. Последние два дня акции стали максимально мирными — люди, в основном девушки, стоят у дорог с цветами и белыми шарами, а проезжающие машины сигналят им. Протесты переместились на дневное время, чтобы шум не мешал людям отдыхать. «Такие акции показывают людям, что они не одни» Маловероятно, что такие акции заставят президента страны отказаться от своего поста, но они привлекают внимание общественности, без которой сложно мирным способом поменять строй страны. И самое главное, что такие акции показывают людям, что они не одни. Что они один народ, объединенный одинаковыми идеями и стремлениями. Люди улыбаются, дарят друг другу цветы. Силовые структуры постепенно идут на контакт. Да, до сих пор есть провокации и дичайшие случаи жестокости, но я надеюсь, что их будет меньше. Самый яркий пример моих слов, который уже стал мемом, — бабуля с огромным флагом, которая отодвигает силовиков и говорит, что она просто гуляет, а те помогают ей спуститься с лестницы. Самый яркий пример моих слов, который уже стал мемом, — бабуля с огромным флагом, которая отодвигает силовиков и говорит, что она просто гуляет. Фото Instagram К слову, интернет вернулся, когда его уже не ждали, в среду днем. На нас сразу опрокинулся поток информации из соцсетей и СМИ о протестах в Белоруссии. Получается, что о самых страшных случаях мы узнали уже после. Несомненно, когда читаешь истории людей и задержаний, становится страшно лишний раз выходить на улицу, но возле нашего дома все вроде бы спокойно. Анна Саенко