«Шомбай-фест»: сербская бабушка, малийский вождь и башкирский врач - «История»

Как в Казани прошел международный фестиваль театров кукол в честь героя татарского фольклора «Ортеке». Фото: предоставлено пресс-службой театра «Экият» Когда танцуют антилопы Фестиваль открылся финальным выступлением гастрольной программы Санкт-Петербургского Большого театра кукол, который до этого показал «Рикки-Тикки-Тави» и «Алису в Стране чудес», а завершил поездку спектаклем «Тараканище» (0 ). Да, без возрастных ограничений, хотя когда на сцене появляется надувной таракан высотой со сцену, даже взрослым было чуток боязно. Режиссер Руслан Кудашов берет 1920-е годы, когда создавалось бессмертное произведение Корнея Чуковского, как эпоху экспериментов, с ее тягой к циркачеству — и выводит на арену ведущего (шпрехшталмейстер), Рыжего и Белого клоуна, которые, переходя с условного итальянского на русский, просто играют со всеми названными в стихотворении игрушками (художник — Марина Завьялова). Кажется, что открыл какой-то старинный журнал, при этом зная каждое слово. А в финале — цитата из «Рая» Данте: «Здесь изнемог высокий духа взлет; Но страсть и волю мне уже стремила, Как если колесу дан ровный ход, Любовь, что движет солнце и светила». Улитка в «Забытой истории» . предоставлено пресс-службой театра «Экият» Международные спектакли подготовили три коллектива. Государственный академический театр кукол из Алматы привез сторителлинг «Ортеке» (6 ) — собрание притч и легенд, среди которых, например, история о сыне Чингисхана Джучи. Причем в этом формате актерам дозволяется импровизировать, придерживаясь фабулы. Именно этот спектакль с обилием музыки и костюмов жюри назвало лучшим на фестивале. Из города Баня-Лука приехал Детский театр Республики Сербской со спектаклем «Забытая история» (3 ). В нем по сути из того, что можно назвать управляемыми куклами, есть яйца, которые ездят за курицей при помощи радиоуправления. Остальные персонажи — это актеры, переодевшиеся в животных: ползет-едет через сцену улитка, пытаются залезть на дом-кресло мыши. Спектакль идет с русской озвучкой, а тема его универсальна — как пережить потерю близкого человека, бабушки, и как передать то, что она тебе рассказывала. К слову, действие длится всего полчаса, в нем много слэпстика в сочетании с мелодраматичными монологами. Кстати, в Баня-Луке многие годы работает свой Международный фестиваль детских театров. Безусловно, самый экзотичный спектакль — от кукольного театра Sogolon из Бамако, Республика Мали. В их «Маленьком Сиу» (6 ) звучат барабаны, а актеры то и дело, кажется, больше по велению сердца, чем по сценарию, пускаются в пляс. Получается своеобразный площадный, наивный по форме спектакль о мальчике, который не слушался родителей и потерял волшебный головной убор с перьями-отцами. Марионетки на нитках сменяются ростовыми верблюдами, а спасают мальчика крохотные муравьишки. В конце сольный номер устраивает гигантская антилопа, а потом половину зрителей заманивают на сцену и устраивают танцы. Вряд ли это вершина театрального искусства, но зритель эти барабаны точно не забудет. «Тьма египетская». предоставлено пресс-службой театра «Экият» Из семи рассказов театр берет к себе новеллы об ампутации ноги у молодой девушки, трахеостомии у больной дифтеритом девочки, а также трудные роды, отвлекаясь также на сцену с народной стоматологией. У нашего героя явно шизофрения, с ним работают два актера, так что врач даже дивится тому, что у него четыре ноги (и два голоса). На первой операции можно увидеть что-то напоминающее куклу — это обессилевшая куча тряпок. А горло девочки изображается в виде длинного тканевого туннеля. Вместо зубов доктор рвет гвоздь, а после родов принимает большой шар. Проблема достаточно яркого, несмотря на название, спектакля — в отсутствии четкого финала и лишних эпизодах. Есть герой, тьма, всполохи света, театральные события, но нет горького вывода и отчаяния, поражавшего в раннем Булгакове. Своеобразное многоточие ставится народной песнью «Пыль большой дороги» — да, мол, вот так молодость и проходит. Самой необычной постановкой фестиваля стала работа Курского театра «Письма другу» (12 ), основанная на стихах Иосифа Бродского. Зрителей переместили на сцену по краям прямоугольника, покрытого песком. Это пляж, на котором отдыхают девушка и парень с тростью. У последнего обнаруживается подарок соседа по палате — сборник «Конец прекрасной эпохи». Глядя на их поэтическую хореографию на расстоянии вытянутой руки, спрашиваешь себя — а куклы будут? Скажу крамольную вещь: кажется, в театр кукол сейчас больше веришь, чем в театр людей. Потому что на их фоне в этом спектакле выигрывают сам Бродский и его ироничный кот. Поэт существует в эпоху первой ссылки в деревню Норинская — и отвечает на вопросы судьи-человека, здесь спектакль следует известной стенограмме суда. С другой стороны, он живет в Нью-Йорке. С третьей — звонит родителям, добиваясь встречи с ними. Из таких эпизодов состоит спектакль. Пожалуй, самая запомнившаяся сцена в «Письмах» — это внезапная трансформация, которая происходит с судьей, соприкоснувшимся с поэзией. Вероятно, что-то похожее происходит и с некоторыми зрителями, иначе зачем строить пьесу на стихах? Бродский и кот. предоставлено пресс-службой театра «Экият» Что дарят сыновья солдатам Значительный блок спектаклей был посвящен теме патриотизма — это челнинский «Я родился завтра. Защитник» (12 ), а также «Ястребок (Сказка о бумажном самолетике)» (6 ) Кировского театра им. А.Н. Афанасьева и «Паустовский — детям» (6 ) Московского театра кукол. Два последних, безусловно, входят в число лучших постановок фестиваля, благодаря понятному нарративу и высказываниям. Московский спектакль во многом строится как театр теней, причем весь процесс зритель видит воочию — вот объект, вот фонарик, вот актер говорит… В тексте собираются рассказы «Бакенщик», «Похождения жука-носорога» и «Стальное колечко». «Учить их стараюсь, — говорит бакенщик. — Уважению учить к родной земле. Без этого человек — не человек, а труха!» «Паустовский — детям». предоставлено пресс-службой театра «Экият» Наконец, «Ястребок», закрывающий фестиваль, происходит в малом зале (так что некоторые юные зрители дивятся на реквизит в виде гильз), а главным персонажем становится бумажный самолетик. В этом плане он собрат жука-носорога Паустовского — его также солдату передал сын. Оказывается самолет в окружении противогазов-собак и пытается мотивировать голубя в виде пилотской шапки. Темное ожившее пространство наступает на зрителя, но тут Ястребок, опаленный немцем, летит на бак с горючим: «Только ведь зря не погибают». Кстати, это тоже номинант «Золотой маски». Добавим, что жюри из культурных обозревателей СМИ РТ, которые работали на фестивале, выбрали спектакли «Тараканище» и «Маленький Сиу». — На этом фестивале было много сильных спектаклей. В каждом я для себя делал какое-то открытие, — говорит худрук «Экият» Ильгиз Зайниев. — К примеру, в белгородском спектакле было в истории с аистом, который не должен был танцевать только для одного: «Если это принадлежит одному, значит, не принадлежит никому». Я раньше не думал об этом: если у тебя вещь лежит дома, для общества она недоступна. В целом, где-то я увидел что-то технологическое, решение по пространству, где-то — что-то философское. А где-то — как делать нельзя. В этом и ценность фестиваля. Радиф Кашапов