Высокий минарет «Низенькой Бухарской» мечети: победа над Минпросвещения и доносы на имама - «История»

История 10-го соборного мусульманского храма Ново-Татарской слободы Казани Фото: pastvu.com Казанское высшее мусульманское медресе им. 1000-летия принятия ислама (ул. М. Гафури, 67) уже не один десяток лет готовит кадры для махаллей Татарстана. Именно в этом здании два столетия назад открылась «Низенькая Бухарская» мечеть, над которой построили великолепный минарет (башня уже утрачена). О ее знаменитых попечителях, известных имамах рассказывают историки Радик Салихов и Рамиль Хайрутдинов в книге «Исторические мечети Казани», отрывки из которой продолжает публиковать «Реальное время». Мечеть «Низенькая Бухарская» (10-я соборная, Красная, ул. М. Гафури, 67) В 1808 году купец первой гильдии Муса Исмагилович Апанаев (1766—1826) в память своей покойной дочери Зубайды построил в Ново-Татарской слободе третью по счету каменную мечеть. Ее прихожанами стали мусульмане, активно заселявшие район старого татарского кладбища, закрытого в конце XVIII века. В официальных документах мечеть называлась Десятой соборной. Однако, чаще всего в народе ее именовали «Низенькой Бухарской» за небольшие размеры и среднеазиатские архитектурные мотивы. Так или иначе, но этот храм с самого начала имел особую романтическую историю, связанную с безмерным горем могущественного и всесильного отца, который своим благотворительным делом просил Творца о прощении и милосердии. Быть может, поэтому у махалли была довольно счастливая судьба, посылавшая прихожанам в качестве попечителей богатые купеческие династии: Апанаевых, Якуповых, Галеевых, Галикеевых, заботившихся о материальном состоянии общины и приглашавших на должность имамов самых видных богословов и педагогов. Первым проповедником мечети стал Хамит Муртазин, «служилый татарин» деревни Альдермыш (ныне Высокогорский район Татарстана). Он был одним из тех, кто впервые поднял вопрос об учреждении в послеханской Казани конфессиональных учебных заведений для мусульман. С 1793 года Xамит Муртазин служил в 11-й мечети, но не поладив с ее попечителем Габдрахимом бин Валидом бин Мусалимом бин Мамяшем аль-Урнашбаши, перешел на должность имам-хатиба в 10-ю мечеть. Затем с 1819 по 1834 годы ее занимал сын Х. Муртазина — Мухамет (ум. в 1834 году). Этот священнослужитель, получивший духовное образование в одном из бухарских медресе, считался очень грамотным богословом, человеком безупречной нравственности и пользовался большой любовью своих прихожан. Циркуляр Министерства народного просвещения от 10 июля 1892 года требовал употребления в мектебе и медресе только печатных книг, прошедших русскую цензуру, и запретил использование в учебном процессе рукописных книг и пособий. Фото Олега Тихонова После его смерти имамом прихода был избран уроженец д. Мамяш Казанского уезда Шагиахмет Баязитович Иманкулов (1798—1877) — представитель династии богатых и влиятельных предпринимателей, также прошедший курс наук в Бухаре и славившийся серьезными познаниями в фикхе (исламское право, — прим. ред.). Ему некоторое время в мечети помогал сын Абдулгани, который в 1879 году ушел в отставку. Так по просьбе мусульман махалли в том же 1879 году главой прихода стал выходец из деревни Большое Русаково Свияжского уезда Казанской губернии (ныне Кайбицкий район РТ) Абдулкаюм Абдулбадигов (1838—1906). До этого, проучившись в Казани под началом Салахутдина Исхакова, с 1863 года он был имамом в деревне Большие Верези (ныне Арский район РТ). А-К. Абдулбадигов зарекомендовал себя в Казани просвещенным священнослужителем, участвуя во всех значительных начинаниях городского духовенства. Он был среди тех, кто активно противодействовал дискриминационному циркуляру Министерства народного просвещения от 10 июля 1892 года, требовавшего употребления в мектебе и медресе только печатных книг, прошедших русскую цензуру, и объявившего о запрете на использование в учебном процессе рукописных книг и пособий. Мулла, наряду с купцами М.И. Галеевым, М.А. Ибрагимовым, М-Ю.М. Апанаевым и имамом Г. Баруди, вошел в состав особой депутации татарского предпринимательства и духовенства, которая должна была ходатайствовать в столице «…о сохранении в надлежащей неприкосновенности религиозных книг, изучение которых составляет насущную потребность для истинного познания мусульманской веры.». В результате деятельности депутации и после долгих переговоров в 1894 году циркуляр министерства народного просвещения от 10 июля 1892 года был отменен. Вот что писал впоследствии один из участников этого события Г. Баруди: «.В 1894 году по поводу распоряжения цензурного комитета об изъятии из обращения в школах книг, большей частью в то время рукописных, началось довольно сильное движение и началась было эмиграция в Турцию. Чтобы удержать людей от этого необдуманного поступка и чтобы выяснить высшей власти причины смущения мусульман, видевших в том распоряжении посягательство на свободу своей религии; я в числе других с . отцом моим Мухамедзяном Галеевым и муллой Абдулбадиговым, был в Петербурге у тогдашнего министра внутренних дел. Результатом данной поездки и данных нам объяснений было разъяснение со стороны министерства, успокоившее население и эмиграция прекратилась». То есть, усилиями этих общественных деятелей было приостановлено массовое «мухаджирство» мусульман в Турцию из-за опасения массового крещения. Фото museum.ru Кстати, вместе с избранным ему в помощники в 1890 году Салихзяном Мухаметзяновичем Галеевым (1862-1932) — указ № 7873 от 12 декабря 1890 года, он утвердил в приходе новометодное образование. С.М. Галеев — сын М.И. Галеева, видный представитель джадидизма, автор нескольких учебников и книг религиозного характера, развернул активную просветительскую деятельность в Новотатарской слободе. Богатый отец помог ему со строительством большого здания медресе, а родственник и единомышленник, преуспевающий мануфактурный торговец, купец 1-й гильдии Мухамедсадык Мухамедсафич Галикеев выделил средства на полное переустройство старинного здания приходского храма. Таким образом, «Низенькая Бухарская» в 1905-1906 годах превратилась в большую, просторную с высоким минаретом мечеть. Видимо, в этот период из-за своих новых краснокирпичных фасадов она получила у мусульман еще одно название — «Красная мечеть». Возрастающая активность духовенства и буржуазии в этом мусульманском приходе Казани не осталась без внимания губернских властей, жестко боровшихся с любыми проявлениями вольнодумства и революционности. Основываясь на анонимных доносах и беспочвенно подозревая мулл-новометодистов в развертывании антиправительственной агитации, губернское начальство попыталось решительно пресечь общественную и педагогическую работу джадидов в городских махаллях. С.М. Галеев, будучи фигурантом громкого политического дела, по которому проходили Г. Исхаки, Г. Апанаев, Г. Баруди, Г. Казаков, М-С. М-С. Галикеев, С.М. Аитов и др., 1908 году был выслан в Вологодскую губернию за организацию в приходе 10-й мечети новометодных учительских курсов. Впрочем, его дело продолжил Мухаметгабдулла Абдулкаюмович Абдулбадигов (13.07.1883 — ?), занявший место своего покойного отца 24 мая 1907 года — указ №2864. Этот молодой талантливый мулла сумел сохранить все нововведения в подведомственном ему Якуповском медресе, которое считалось одним из самых крупных в Казани. Здесь в 1910 году училось 90 шакирдов из Казанской, Симбирской, Нижегородской и Пензенской губерний. Среди основных предметов этого учебного заведения значились: богословие, толкование Корана, хадисы, законоведение, нравоучение, наука о разделе наследства, история арабской грамматики, логика, арифметика, география, риторика. Имаму в учебном процессе помогали три учителя: крестьянин Симбирской губернии, Курмышского уезда, д. Медина Абдрахман Кабиров, крестьянин Вятской губернии Уржумского уезда, д. Бараньги Хакимулла Фида Мухаметов, крестьянин Казанской губернии, Тетюшского уезда, д. Малое Мереткозино Абдулбари Сабирзянов. Тогда же был разобран высокий красавец минарет, построенный купцом Галикеевым. Фото pastvu.com В приходе 10-й мечети, объединявшем часть Малой Симбирской улицы и ряд прилегающих к ней переулков, насчитывалось в 1916 году 500 душ мужского и 474 души женского пола при 75 домовладельцах. В этот период махалля часто именовалась Якуповской. Возможно, благодаря личности крупного предпринимателя и благотворителя, имевшего кожевенно-сафьяновый завод на Большой Симбирской улице, Якуба Ибрагимовича Козлова. Среди муэдзинов мечети следует упомянуть крестьянина д. Малые Салтыки Тетюшского уезда Казанской губернии (ныне Камско-Устьинский район РТ) Абдулкарима Абдулнагимова (ум. 3.04.1883), исполнявшего свои обязанности с 31 июля 1864 года — указ №5865. Здесь он был преемником своего отца Абдулнагима Абдулзамилова. Азанчи Абдулкарима сменил 7 декабря 1883 года — указ №8127 — крестьянин д. Ишимово Тетюшского уезда Казанской губернии (ныне Камско-Устьинский район РТ) Гимадутдин Тухватуллин, который скончался 27 мая 1899 года «от рака в желудке». В том же году новым муэдзином стал его сын, выпускник Якуповского медресе Шигабутдин (13.08.1869 -?) — указ №1937 от 26 августа 1899 года. Красная мечеть Ново-Татарской слободы была закрыта постановлением Президиума ТатЦИКа от 22 июля 1931 года. Ее здание было передано построенному в Новотатарской слободе меховому объединению. Тогда же был разобран высокий красавец минарет, построенный купцом Галикеевым. Ныне мечеть вновь находится в руках верующих. Здесь опять, как столетие назад, юные шакирды обучаются исламским наукам. Однако азан с минарета разносится не над оживленными улочками мусульманского города, как это было век назад, а над серой промышленной зоной, в которую превратилась слобода за время советской истории. Радик Салихов, Рамиль Хайрутдинов