Айрат Ситдиков: «Если вы присвоили археологическую находку — вы поучаствовали в уничтожении наследия» - «История»

Директор Института археологии АН Татарстана — о «подохранных» памятниках, подводных объектах и ценностях с огорода Фото: Роман Хасаев Лекторий «Школа горожанина — история и наследие Казани» организовал несколько встреч, призванных обогатить казанцев информацией о культурном наследии Татарстана. Корреспондент «Реального времени» побывал на одной из них — лекции «Археологическое наследие», прочитанной директором Института археологии АН РТ Айратом Ситдиковым в музее имени Горького. Пришедшие на лекцию узнали, какие заметные археологические исследования ведутся в Татарстане, сколько в Казани действующих археологов и куда следует передавать ценные предметы, найденные на своем огороде. Археологи работают не только лопатой Лекция «Археологическое наследие» была уже пятой по плану проекта. Для нее отвели небольшой зал, в котором все благополучно поместились — вышло что-то вроде закрытой встречи. Первым делом Айрат Ситдиков поставил перед аудиторией такой вопрос: что такое археология? Отвечая на него, спикер не стал оперировать сложными понятиями, а лишь подчеркнул значение этой исторической дисциплины и привел факты из истории: — Археология — сложная дисциплина, имеющая собственный научный инструментарий. Она имеет греческие корни, ибо первые указы о раскопках издавались римскими императорами. Интерес к сокрытому в земле тоже начинался в глубокой древности. Находить свидетельства прошлого, интересоваться своим наследием — это всегда было актуально. Следующий момент, который отметил Айрат Ситдиков, связан с тем, что и как исследует археология. Во-первых, он объяснил аудитории предмет изучения этой науки — им должен быть объект древнее ста лет. Данное ограничение прописано в законе, то есть все, что моложе ста лет, не является предметом археологии. Во-вторых, по словам спикера, «вся земля — это источник колоссальной информации». Ситдиков напомнил об исследовании коллегами из Новосибирска Денисовой пещеры, назвав его «одним из ярчайших открытий археологов России»: — В Денисовой пещере были найдены останки древнего человека. Тот объект, который стал предметом исследования, — это фаланга одного пальца. Сейчас технологии шагнули вперед, и материал можно получить из почвы. Поэтому вся земля — это источник информации. Археологические исследования — это работа не только лопатой, но и в лаборатории. В ходе исследований устанавливаются различные факты: откуда приходили люди, чем они торговали, что ели, что носили. Находятся останки косточек от персиков, грецких орехов, фиников. Новые возможности позволяют использовать не только естественно-научные методы, но и методы космического зондирования, геофизические методы. Спикер подчеркнул, что каждый археолог специализируется на определенном промежутке истории. Если подойти к специалисту, который занимается каменным веком, с вопросом о XIX столетии, он затруднится с ответом. «У нас здесь археологический памятник, почему вы не копаете? » Следующий вопрос, поставленный Ситдиковым, касался разрушения памятников археологии. По его словам, сегодня на территории Казани имеется более пяти тысяч археологических памятников, которые еще предстоит исследовать. Многие задают вопрос археологам: «У нас здесь памятник, почему вы не копаете?» Спикер отмечает, что здесь не все так просто, есть свои процедура и порядок. Но основная задача археологов — это сохранить объект: — В Казани всего человек тридцать археологов, которые могут заниматься исследованиями. Работа с одним памятником занимает несколько месяцев, это очень большой объем. Поэтому одним из условий начала производства работ является то, что в этом месте происходит разрушение. Второй момент — научные задачи и исследования. Определяющим для начала производства археологических работ является и разрешение, которые может получить только человек с двухлетним стажем исследований под чьим-либо руководством. Разрушение памятников — процесс, который не всегда можно остановить, отмечает спикер. На него оказывают влияние строительство, дороги, газопровод, хозяйственная деятельность, а также, если объект находится под водой, воздействие омывания. Например, в Куйбышевском водохранилище было обнаружено немалое количество археологических объектов, но из-за нехватки ресурсов для проведения исследований многие из них разрушаются, водохранилище деформирует почву, а значит, и информацию о том, что там было. Айрат Ситдиков выделил Болгар и Свияжск как одни из самых богатых объектов исследований, а также Елабугу и Набережные Челны, где тоже хватает того, что предстоит изучить. Присутствующим стало интересно, какие еще объекты могут стать предметом исследований. Спикер привел в пример Тетюши и Лаишево с тысячелетней и непрерывной историей того, как и чем люди жили. Ситдиков отметил, что ежегодно в Татарстане исследуется 15—20 объектов. «Присвоение предмета часто носит характер уничтожения информации» Еще один момент, который заинтересовал аудиторию, — что делать, если вы нашли исторический объект у себя в огороде. Спикер подчеркнул, что любая подобная находка — собственность государства, даже если земля принадлежит нашедшему предмет, представляющий археологическую (и не только) ценность. Передавать его следует либо в музей, либо в научные учреждения, например в университет: — Присвоение предмета часто носит характер уничтожения информации. Это не просто присвоение собственности, здесь есть и моральный аспект — это уничтожение наследия. Найденный и сданный объект культурного наследия, хотя и материален, но в первую очередь он дает теорию, какое-либо знание об ушедшей эпохе. Анастасия Михайлова