«Мы не имеем ни одного свидетельства о состоявшейся в Казани дуэли» - «История»

Как в Казанской губернии господа требовали сатисфакции за оскорбления? Фото: Илья Репин. Дуэль Онегина и Ленского Недавно вся страна обсуждала видеообращение главы Росгвардии Виктора Золотова, в котором он вызвал оппозиционера Алексея Навального на дуэль и пообещал сделать из него «хорошую, сочную отбивную». Так силовик отреагировал на очередное расследование политика. В дореволюционной России подобные вызовы на поединки еще имели место. Как дело обстояло в Казани, рассказывает в авторской колонке «Реального времени» старший научный сотрудник Института истории им. Ш. Марджани, наш колумнист Елена Миронова. Петровские запреты В России дуэльная традиция имеет сравнительно короткую историю. Правда, в Средние века существовал судебный поединок — так называемое «поле», когда истец и ответчик доказывали свою правоту с помощью оружия, но к XVII веку исчезает и это явление. Зато в это же столетие происходит первая дуэль в ее традиционном понимании, то есть не юридический поединок с целью защиты чести. Только проводилась она между двумя иностранцами, служившими в России, — англичанином Монтгомери и шотландцем Патриком Гордоном, будущим соратником Петра I. Она случилась в 1666 году из-за ссоры на пиру, но в итоге никто не пострадал и дуэлянты примирились. Русская знать пока предпочитала решать вопросы об оскорблении ища помощи у государства или устраивая обычные мордобои. Да и понятие дворянской и боярской чести в то время еще не было столь развито, оно появится позже — в поколении «непоротых» дворян Екатерины II. В петровское правление складывается парадоксальная ситуация. Дуэлей между российскими офицерами и дворянами по-прежнему не было, но законодательный запрет на поединки появляется. «Артикул воинский» 1715 года провозглашал: «Все вызовы, драки и поединки чрез сие наижесточайше запрещаются». Любой армейский служащий, независимо от чина и национальности, за нарушение этого запрета приговаривался к повешению. Петр, который превратил страну в большой военный лагерь, хотел таким образом предупредить возможные конфликты в армии, которые бы подрывали дисциплину; благо иностранцев, которые могли занести дуэльные традиции, в ней было достаточно. Мода на все французское затронула не только гардеробы дворян, но и способы разрешения конфликтов. Фото masterok.livejournal.com Разбираться по закону Золотой век дуэлей начинается во второй половине XVIII века. Мода на все французское затронула не только гардеробы дворян, но и способы разрешения конфликтов. Сатирик Н.И. Страхов отмечал, что после распространения поединков чести в России «щеголи не смели друг другу пикнуть ни одного неприятного слова». Однако дуэли охватили в основном столицы и чаще всего случались среди офицеров. В провинции, с ее сравнительно немногочисленным дворянством, на возможность убийства из-за оскорбления чести смотрели с непониманием. Мы не имеем ни одного свидетельства о состоявшейся в Казани дуэли. Ходили слухи о вызове попечителем Казанского учебного округа М.А. Салтыковым преподавателя университета И.Ф. Яковкина из-за его плохого преподавания, но это скорее анекдот, основанный на действительно имевшей место неприязни между ними, почти дошедшей до драки, но не благородной, а бытовой. Чаще всего дворяне и чиновники разбирались между собой по закону. Например, в 1874 году член Чистопольско-Мамадышской дворянской опеки коллежский секретарь Илья Петрович Киреев подал прокурору Казанского окружного суда жалобу, что местный предводитель дворянства коллежский регистратор Михаил Федорович Лукьянов обвинил его во всеуслышание во взяточничестве. Киреев просил принять законные меры к «прекращению беспорядка», однако возбуждать против Лукьянова дело не стали. Ходили слухи о вызове попечителем Казанского учебного округа М.А. Салтыковым преподавателя университета И.Ф. Яковкина Впредь быть осторожнее Ранее, в 1849 году, предводитель дворянства Спасского уезда князь Дадиани обратился к вице-губернатору с просьбой привлечь к ответственности члена Казанского губернского правления Камбека, который написал в объяснении по поводу описи имения своей умершей жены, поданного в полицию, следующую фразу: «…прошу сообщить князю Дадиану, чтобы он в форменных бумагах основывал бы свои суждения на фактах, а не писал бы без всякого основания». Князь посчитал, что это оскорбляет его и избравшее его дворянство, и потребовал наказания по статье 310 Уложения о наказаниях (об оскорблении должностного лица в официальной бумаге), которое предусматривало арест от трех недель до трех месяцев. Но дело рассматривалось в губернском правлении, где служил Камбек, и завершилось лишь пожеланием провинившемуся чиновнику впредь быть осторожнее. Остается только радоваться, что такие случаи не заканчивались дуэлями, иначе и так немногочисленное казанское дворянство вряд ли бы дожило до 1917 года. Отсутствие дуэлей в Казани объясняется и малочисленностью дворянского сословия (в 1816 году в губернии было всего 747 мужчин дворян), и, в большинстве своем, провинциальностью. Дворянскую честь ставила выше жизни, как правило, лишь верхушка местного общества, служившая или жившая в Петербурге. Большинство же воспринимало дуэли как пожилой офицер Иван Игнатьевич из «Капитанской дочки»: «Вы с Алексеем Иванычем побранились? Велика беда! Брань на вороту не виснет. Он вас побранил, а вы его выругайте; он вас в рыло, а вы его в ухо, другое, в третье — и разойдетесь; а мы уж вас потом помирим. А то: доброе ли дело, заколоть своего ближнего, смею спросить?» Елена Миронова Справка Елена Валерьевна Миронова — кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института истории им. Ш. Марджани АН РТ. Область научных интересов: история Казанской губернии второй половины XIX — начала ХХ века, дворянство, локальная история. Автор более 50 научных публикаций, в том числе монографий: «Дворянское самоуправление Казанской губернии в 1861—1917 гг.» (Казань, 2013), «Уездный город Тетюши во второй половине XIX — начале ХХ века» (Казань, 2015).