«Мы начинаем думать, что это масштабная спланированная акция против Института истории» - «История»

Заместитель директора Института истории им. Марджани Радик Салихов — о внеплановых проверках в учреждении и вале анонимных жалоб

Скандалы сотрясают Институт истории имени Марджани Академии наук РТ. В научно-исследовательское учреждение нагрянул десант из проверяющих. Поводом, как считают сотрудники, стало заявление в прессе уволенного недавно из института доктора исторических наук Дамира Исхакова и серия анонимок, которыми завалили как само учреждение, так и руководство республики. Телеграм-каналы сообщают о том, что в институте выпускались книги тиражом меньшим, чем заявлено официально, а деньги спонсоров при этом были «освоены и присвоены». Свою точку зрения на ситуацию «Реальному времени» высказал заместитель директора института Радик Салихов.

«Это какие-то вбросы»

— Радик Римович, действительно ли проводится проверка в Институте истории? Есть такие слухи — правда, в МВД по РТ нам сегодня опровергли эту информацию.

— Проверка у нас проводится, но откуда появляются слухи, я не знаю, это какие-то вбросы. Потому что проверка еще идет, люди работают, никаких результатов никто не обнародовал, никто ничего не знает.

Мы в курсе этих негативных оценок, в курсе, что говорят — это выявлено, то выявлено… Но повторю, на самом деле, результатов нет. Соответствующие структуры проверяют нашу деятельность. Это нормально для всех бюджетных организаций, они все проверяются. Тем более что в прессе были материалы, в которых Институт истории обвиняли в противоправных вещах.

— Вы имеете в виду заявления Дамира Исхакова?

— Ну да, конечно. Естественно, после таких публикаций будут проверки. Такие комплексные проверки и планово проводятся. Бюджетные учреждения всегда находятся под контролем.

А по поводу этих вбросов — я не знаю, почему такой ажиотаж на эти анонимные послания, потому что всегда надо ждать заключения официальных органов. Мы сами, когда прочитали, очень удивились, нас беспокоили вчера и беспокоят сегодня коллеги и журналисты. Но что мы можем сказать? Мы ничего не знаем. Когда будут результаты проверки, они будут доведены куда нужно.

— А кто проверяет? Прокуратура, УБЭП?

— Это совместные проверки нескольких учреждений.

— Вы сказали, что плановые проверки тоже проводятся. Есть какой-то график? Нынешняя проверка в итоге плановая или нет?

— Это внеплановая, но у нас и плановая должна была быть, потому что давно не проверялся институт. Мы уже ждали [проверку]. А после таких публикаций проверки обязательно будут — это очевидное дело.

«Нас обвиняют во всех смертных грехах»

— Между тем во вбросах, о которых вы говорите, указываются вполне конкретные вещи. Якобы с сотрудников собирают подписи о том, что определенные книги находятся у них на руках. Обвиняют руководство в махинациях с тиражами…

— Вы знаете, что я хочу сказать, — массированная атака идет на Институт истории, в основном анонимками и голословными обвинениями. Сама статья Исхакова пестрит этими голословными обвинениями, ни на чем не основывающимися. Ну это ладно. Но к нам приходят и другие письма, и в вышестоящие инстанции приходят письма, где нас обвиняют во всех смертных грехах, и мы уже начинаем думать, что это масштабная спланированная акция.

Но я так считаю, что анонимки всегда существовали и будут существовать и реагировать на них нельзя. Мы не реагировали ни на статью Исхакова, ни на анонимки. Мы считаем, что результаты проверки сами все за себя скажут. Если у нас есть нарушения, они будут обозначены. Но это должны делать специалисты, соответствующие структуры.

— Неужели вам не хочется знать, кто автор этих сообщений, чтобы как-то противостоять этому?

— Мы не сумеем противостоять валу анонимных вбросов. Там кто что придумал, тот то и пишет. Иногда до абсурда доходит, какие-то абсурдные вещи говорят, потому что человек, знающий бюджетное учреждение изнутри, поймет, что так просто невозможно.

Но, к сожалению, мы оказались в такой не очень приятной ситуации. Тем более что институт успешно работает и все программы выполняет. А создается такой отрицательный фон.

«Весь коллектив чувствует себя оклеветанным»

— Для посторонних людей это, должно быть, удивительная ситуация — вроде бы научная организация, академики, интеллигентные люди, и вдруг такие интриги…

— Очень неприятная ситуация, я впервые с таким сталкиваюсь. Непонятно, что за силы такие подключились. Понятно, что все началось с заявления Исхакова. Он там просто удивительные вещи высказал, которые даже комментировать неудобно.

— А какие обиды подвигли на это Дамира Мавлявеевича? Увольнение?

— Его не уволили — директор не продлил контракт. Это разные ситуации. Конечно, у него есть обида. Но разве это дает право оценивать всех своих коллег и институт с крайне отрицательной стороны?

И потом, я не знаю, почему он, работая много лет в нашем институте, молчал до последнего, а не вскрыл эти «язвы» раньше — год-два назад? Мучился, наблюдая все эти «черные стороны» нашей жизни.

— А когда будет завершена проверка? Она не срывает работу института? И вообще, с каким настроением сотрудники ходят на работу?

— Когда будет завершена проверка, я не знаю, — это все в компетенции проверяющих. Институт работает в нормальном режиме. Проверка не мешает абсолютно, мы выполняем свои задачи, они выполняют свои. Но тем не менее у нас весь коллектив чувствует себя оклеветанным.