Альбина Идиатуллина: «Мой пациент абсолютно честный» - «Медицина»

Зачем разговаривать с новорожденными детьми, чему главному учится в роддоме мама и как работает перинатальный скрининг Фото: Динар Фатыхов «Альбина, я вижу тебя только детским врачом» Работа с новорожденными и с новоиспеченными мамами — особенная область медицины. Интересно, что изначально Альбина Ревовна не нацеливалась на неонатологию — и вообще на педиатрию. Однако сам по себе выбор медицинского пути не был для нее случайным — ее мама работала врачом, а потом стала преподавать в казанском медучилище. Бабушка тоже работала в поликлинике — и у нашей героини даже есть детские воспоминания о том, как на работе у бабушки она играла с медицинскими трубками и другими безопасными инструментами. В старших классах на занятиях по учебно-трудовой практике (которую проходили все советские школьники) Альбина осваивала профессию младшей медицинской сестры. — Так что в семье сразу было понимание, что я буду поступать в медицинский. Родители и бабушка меня к этому подспудно подготовили всей жизнью нашей семьи. Когда пришло время поступать, на семейном совете прозвучал шуточный разговор о том, что педиатр в семье уже есть (мама), так что поступать надо на лечфак, — рассказывает доктор сегодня. В 1983 году девушка поступила на лечебный факультет. Училась усердно — каждая четверка воспринималась мамой очень строго. Она указывала дочери на общежитие медицинского института и говорила: «Эти студенты живут по 8 человек в комнате, и все отлично учатся. А у тебя есть отдельная комната. Ты живешь легко, с родителями. А значит, должна учиться не хуже, чем они». Если своевременно поставить диагноз — например, фенилкетонурия, гипотиреоз, галактоземия и т.д. — качество жизни ребенка будет выше. Динар Фатыхов / realnoevremya.ru Сегодня в роддоме ребенок получает расширенный неонатальный скрининг на 36 врожденное заболевание — это нужно, чтобы врачи могли максимально быстро начать оказывать помощь, еще на доклиническом этапе. Если своевременно поставить диагноз — например, фенилкетонурия, гипотиреоз, галактоземия и т.д.— качество жизни ребенка будет выше. В отрезок 45 дней с момента рождения врачи успеют продиагностировать заболевание, подать заявку в фонд «Круг добра», получить препарат и сделать ребенку инъекцию. Кроме того, новорожденные дети получают прививки — например, от гепатита Б. Мы спрашиваем доктора: а что делать с антипрививочницами — мамами, которые наотрез отказываются делать прививки ребенку? — Работаем над этим, убеждаем их. Очень стараюсь сама, потому что ребенка надо защитить от заболеваний. Это жизнь, с ней нельзя играть в игры — нужно трезво взвешивать риски. Государство об этом уже подумало, выделило деньги на защиту и взвесило все за и против. А они отказываются… У меня был пример: родители новорожденного ребенка долго вдвоем при мне спорили о том, вакцинировать малыша или нет. Аргументом мамы было: «Мои подруги этого не делали». Папа говорил: «Это не твоих подруг ребенок, а мой. И я считаю, что имею право защитить его». Надо отдать должное папе: его слово победило. Конечно, мы совершенствуем свои речевые модули, чтобы убеждать родителей. Часто у нас это получается, даже если они изначально были отрицательно к вакцинации настроены, — говорит доктор. Если ребенок появляется на свет не совсем здоровым и нуждается в переводе на дальнейшее лечение, отделение Альбины Ревовны находится в постоянной коммуникации с коллегами в районных больницах, в поликлиниках, в городских детских больницах. Доктор признается: иногда нужно выполнить не только медицинскую функцию, но и социальную. Так, есть пациентки, оказавшиеся в трудной жизненной ситуации. В таких случаях наша героиня старается сделать все, чтобы ребенку был обеспечен должный уход, забота и присмотр медиков после выписки из роддома. — Меня даже коллеги в шутку называют «Наш специалист по связям с общественностью». Потому что действительно приходится едва ли не соцработой заниматься. Для меня как для руководителя отделения новорожденных детей это важно. Я не закрываю дверь, выписывая ребенка. Мне важно, что будет с ним дальше, в какие руки он попадет, какие медики будут за ним присматривать, — говорит доктор. Неонатологи уверяют: все это видно с первых часов жизни, и очень неправы те, кто считают, что все дети одинаковые. Каждый — личность. Динар Фатыхов / realnoevremya.ru «Принять неправильное решение — наш главный страх» Неонатолог вновь и вновь говорит: в РКБ сложилась комфортная для работы экосистема. В Перинатальном центре все работают в содружестве. В распоряжении врачей есть обширные возможности функциональной диагностики, помогает неонатологам медико-генетическая консультация. Всегда готовы прийти на помощь коллеги из ДРКБ — с ними всегда можно проконсультироваться, получить помощь в диагностике и совет. Она признается: своих маленьких пациентов — любит. Наша героиня вообще считает, что к людям надо относиться с любовью, с добротой и с желанием помочь. Иначе невозможно быть врачом — как лечить-то, если тебя пациенты раздражают? За пределами клиники наша героиня — любящая мама, жена и бабушка. Она принимала в родильном зале своих внучек — не верит в предубеждение о том, что врачу нельзя работать со своими близкими. С внучками и с детьми наладила доверительные, дружеские отношения — считает, что в семье максимально важна взаимная поддержка и уважение. С благодарностью и любовью говорит о своем муже — супруги женаты уже больше тридцати лет, и взаимная поддержка в их браке один из основополагающих принципов. В свободное время доктор занимается рукоделием, а еще признается в том, что любит созерцать. Она много ходит пешком и внимательно наблюдает за тем, что происходит вокруг. Любит наблюдать, как за окном сменяются времена года, как мимо окна автобуса проплывают городские улицы. Много ходит пешком, гуляя с внуками — прогулки такие бывают довольно длительные, и они доставляют ей удовольствие. В свободное время доктор ходит на концерты классической музыки с подругами, а иногда устраивает себе медитацию, раскрашивая картины по номерам или работая карандашом. Мы спрашиваем доктора, эту подтянутую, цветущую, энергичную женщину: что способно ее напугать? Боится ли она чего-то в своем труде? Альбина Ревовна недолго думает и отвечает: — Принять неправильное решение. Это наш главный страх. Я часто возвращаюсь мыслями к периоду своей работы медицинской сестрой. Во время дежурств иногда бывали сложные моменты. Я иногда даже там плакала, думала: «Ну зачем я вообще пошла сюда работать? Мне ведь это совершенно не надо». А сейчас думаю: это нужно было, чтобы сегодня принимать правильные решения. Я стараюсь держать планку, которую задала мне Роза Насиховна. И которую установили родители, которые всегда требовали от меня ответственности. Все это укрепилось, когда я пришла сюда. Она говорит, что работа приносит ей огромную радость и удовлетворение: — Труд тебя удовлетворяет точно так же, как вкусное пирожное, съеденное в кафе. Вот такое же удовольствие я получаю от работы! Динар Фатыхов / realnoevremya.ru Я стараюсь держать планку, которую задала мне Роза Насиховна. И которую установили родители, которые всегда требовали от меня ответственности А напоследок вспоминает фразу, сказанную ее подругой: мы не можем написать черновик жизни, у нас такой возможности нет. Поэтому, живя свой беловик, нельзя делать ничего, о чем ты пожалеешь. Нужно жить и работать правильно. Исходя из этого принципа Альбина Ревовна и живет. Людмила Губаева