Пандемия изменила поведение избирателей при голосовании - «Власть»

Страх смерти, желание безопасности, новый патриотизм и другие струны, которые пандемия открыла для игры политиков на душах избирателей Фото: parstoday.com Пандемия пандемией — а выборы по расписанию. Как изменилось поведение избирателей перед лицом ковидной опасности? Чего они теперь хотят от политиков? Какие новые поводы и темы используются в политической повестке, чтобы привлекать электорат сейчас? Как борьба прививочников с антипрививочниками влияет на избирательный процесс? Об этом в колонке для издания The Conversation рассуждает политолог из Борнмутского университета Табита Бейкер. Перевод этого текста «Реальное время» представляет своим читателям. Политик как лекарство от страха смерти Пандемия COVID-19 принесла с собой множество эмоций, связанных с угрозой, потерями, неуверенностью и тревогой. Эпидемия послужила напоминанием о хрупкости человека и неизбежности смерти. Эти эмоции сильно влияют на то, как мы принимаем решения. И в том числе — на то, как мы голосуем. В 1980-х годах исследователи разработали концепцию теории управления терроризмом в области социальной психологии. В их работе используются два понятия. Первое — у людей есть системы биологической реакции, позволяющие справляться с надвигающимися угрозами (драка или бегство). И второе — люди обладают когнитивной способностью осознавать смерть. Обладая этим знанием, люди должны научиться управлять собой в ситуации сильного беспокойства или даже ужаса, поддерживая веру в такой взгляд на мир, который обеспечивает эмоциональную безопасность и удовлетворение. Большая часть религий и систем культурного мировоззрения функционирует именно так, сдерживая страх смерти. И эта основа чувства безопасности человека переходит и в политическую жизнь любой страны. Президенты и политики (или даже сама нация!) могут становиться буферными зонами, сдерживающими беспокойство. И таких зон требуется все больше в эпоху пандемии. Медики как предмет эмоционального управления Социологи доказывают: напоминание о человеческой смертности привлекает людей к харизматичным лидерам, которые продают простые решения, чаще всего с участием «хорошей» внутренней группы и «злой» внешней. То есть всегда нужен какой-то внешний враг. Например, в исследовании 2004 года поддержка Джорджа Буша и его жесткой контртеррористической политики возросла среди испытуемых, которым показали события, напоминающие им о том, что они смертны, и кадры трагедии 11 сентября. Исследователи пришли к выводу, что своей патриотической риторикой и тем, как Буш идентифицировал «злую» чужую группу после трагедии, он демонстрировал людям символическую защиту. Политики и государство играют важную роль в управлении общественным беспокойством в периоды неопределенности — это называется «эмоциональным управлением». Такие учреждения, как Национальная служба здравоохранения, например, могут делать больше, чем просто оказывать медицинскую помощь в самом буквальном смысле этого слова. Они делают вклад и в нашу эмоциональную безопасность. Это стало заметно во время пандемии, когда выражение поддержки и благодарности медицинским работникам стало такой важной частью нашей культуры. Во время пандемии мы очень часто думали о важности и уязвимости службы здравоохранения. Поэтому в ближайшем будущем общество будет особенно восприимчивыми к обещаниям политиков, например, о повышении оплаты труда медсестер. Мы эмоционально реагируем на патриотическую тематику, при этом гордость наша направляется не на саму нацию, а на те национальные институты в стране, которые здесь и сейчас защищают от беды. Сильное чувство привязанности к нации может дать утешение и ясность после общественной паники. Даст такой патриотизм и возможность удержаться политику после пандемии — на волне восстановления обычной жизни. Вакцинная «поляризация» общества Сейчас электорат может оказаться еще более поляризованным, чем раньше. Вечная культурная война разделяет людей разных взглядов на определенные социальные вопросы. И за последний год к таким «разделителям» добавились еще два мощнейших фактора — отношение людей к вакцинации и к правилам изоляции. Политики использовали войну между «прививочниками» и антипрививочниками еще до пандемии. Исследование, проведенное в 2018 году, показало, что консервативные респонденты в США реже выступали в пользу вакцинации. В апреле 2021 года исследование показало, что республиканцы с большей вероятностью будут выступать против вакцинации от коронавируса, чем демократы. Интересные данные получили в Австрии: там оказалось, что люди, которые вообще не ходили голосовать, чаще отказывались от вакцинации. Неуверенность в вопросах вакцинации «диагностирует» еще более широкие тенденции недоверия к институтам государства, выявляет в том числе и политическую апатию. Эти проблемы были актуальны и до пандемии, а сейчас получили новое воплощение. Поэтому мы можем ожидать, что пандемическая повестка даст новые возможности политикам, выступающим против правящих элит. Страх и желание успокоиться будут руководить людьми Людям, столкнувшимся с угрозой во времена страха и неуверенности, свойственно вырабатывать упрощенное мировоззрение. Мы ищем простой выбор из двух вариантов, чтобы справиться со сложностями во время кризиса, ведь это кажется безопасным. И если правительство уже не смогло обеспечить нам чувство безопасности, мы будем искать его в другом месте. Обилие теорий заговора во время пандемии показало, что мы особенно восприимчивы к упрощенным альтернативным сюжетам в трудные времена. Возможно, политики извлекут выгоду из пандемии. Одни начнут призывать к ужесточению пограничных правил (под флагом борьбы с распространением пандемии). Другие, наоборот, будут давить на то, что любые ограничения — препятствие для личных и гражданских свобод. Мощный политический потенциал пандемической темы показала популярность, которую набрало движение против изоляции. Оно действовало как связующее звено между «левыми анархистами и правыми против правящих элит». Страх может стать мощным фактором на постпандемийных выборах, особенно если политики воспользуются опасениями, связанными с будущими пандемиями и травмирующим опытом нынешней. Избиратели могут задействовать защитные механизмы, и это в конечном итоге может повлиять на их мнение. Многие избиратели будут искать лидеров, которые подбадривают и вызывают доверие — тех политиков, которые подчеркивают коллективную цель для общего блага, напоминая людям о моментах сотрудничества во время пандемии. Это рассматривается как альтернативный путь, который мог бы смягчить некоторые наиболее радикальные тенденции, которые мы, вероятно, увидим в постпандемийной политике. Табита Бейкер. Перевод — Анна Николаева