Чиновники отказываются продавать зарубежные активы - «Недвижимость»

Депутаты, сенаторы и силовики не хотят избавляться от иностранной недвижимости даже если обязывающий их это сделать закон примут — он нарушает Конституцию, говорят чиновники

Идея запретить чиновникам иметь заграничные активы вызвала в рядах народных избранников и силовиков резкую критику. Законопроект, внесенный представителями всех думских фракций, предлагает госслужащим разных уровней, депутатам, сенаторам, силовикам, а также их супругам и детям избавиться от недвижимости, ценных бумаг и счетов за границей до 1 июня 2013-го. Однако представители этих структур с иностранным имуществом расставаться не торопятся, считая инициативу антиконституционной. Некоторые упирают на то, что в виду сегодняшнего падения цен на иностранную недвижимость понесут значительные потери при продаже.

Если законопроект все же вступит в силу, только депутаты потеряют более 8,5 тыс. кв. м заграничных владений. По официальным данным, декларациями иностранной недвижимости могут похвастаться 18 народных избранников и их семей.

— Любое ограничение права является неправильным. Безусловно, доходы должны декларироваться, чтобы любой гражданин мог судить, честным ли путем они заработаны, — считает глава комитета по бюджету и налогам Андрей Макаров.

В собственности его семьи два земельных участка — 1489 кв. м и 1426 кв. м и дом в Испании.

— Возможно, депутатам в период летних каникул нечего делать, — предположил он.

Хотя и не исключает, что инициатива вполне может быть реализована на практике. На вопрос «Известий», готов ли он в таком случае проститься с зарубежным имуществом, парламентарий возмутился: «Я что, похож на сумасшедшего?».

Еще один поклонник Испании (в этой стране у депутата в собственности квартира), единоросс Владимир Поцяпун.

— Я южный человек, но мне курорты Краснодарского края не по карману, — сетует он. — Если недвижимость или счета открываются на честно заработанные, «белые» деньги, почему мы должны себя ограничивать?

По его словам, он еще не принял решения, что делать «с непосильно нажитым за бугром», но полагает, что с трудностями по выполнению распоряжения столкнется большое количество российских чиновников и госслужащих.

— В Европе сейчас кризис, недвижимость дешевая. Люди просто не смогут продать ее за те деньги, за которые ее покупали ранее. Особенно если это будет происходить одновременно, — прогнозирует единоросс.

Депутат Людмила Огородова недоумевает, как ее квартира в 85 кв. м в Черногории может стать предметом давления со стороны иностранных государств.

— Я понимаю, если бы запрет накладывался на бизнес-деятельность, я, например, рассматривала заграничную недвижимость как обычное вложение денег, — говорит она.

Огородова уже нашла выход, как сохранить иностранную собственность в семье.

— Я не вижу никаких противоречий, если передам эту квартиру родственникам: как я поняла, по этому закону отказаться должны только несовершеннолетние дети, а у меня ребенок совершеннолетний.

Могут пойти с молотка и заграничные активы других депутатов, например, самого богатого депутата-спортсмена Николая Валуева, точнее, его супруги, которая владеет двумя квартирами и домом 470 кв. м в Германии и Испании. Стоит побеспокоиться и главе комитета по конституционному законодательству Владимиру Плигину — у его супруги дом 170 кв. м и земельный участок 500 кв. м в Болгарии.

Могут пострадать и зарубежные активы главы комитета по труду и соцполитике единоросса Андрея Исаева: у его супруги участок в Германии площадью более 2,5 тыс. кв. м. Также под угрозой болгарские апартаменты «эсера» Дмитрия Гудкова. Как говорит глава комитета по экономполитике ГД Игорь Руденский, столкнутся с серьезными проблемами и люди, пришедшие в политику из бизнеса. Например, под угрозой окажется обладатель самой экзотической недвижимости в ГД, бывший глава ИФК «Метрополь» Михаил Слипенчук. У него в собственности участок 1349 кв. м и дом 600 кв. м в Конго. Кроме этого им придется избавиться и от иностранный акций и счетов. Следуя декларациям народных избранников в Центризбиркоме, сумма набегает внушительная: каждый из них хранит на заграничных счетах часть капиталов.

— В законе есть много разумного, но не надо переходить черту. Если человек заработал напрямую эти деньги, пусть распоряжается ими как угодно, тем более если он раскрывает доходы, — полагает Руденский.

Вызвал негодование законопроект и у ряда сенаторов. К примеру, в собственности у известного хоккеиста, а ныне члена Совфеда Вячеслава Фетисова участок 20 тыс. кв. м и дом 1,2 тыс. кв. м в США. Как пояснили в его окружении, покупки совершались в период его тренерской деятельности, там он проживал во время тренировок игроков.

Сенатор Борис Шпигель (в собственности у его семьи дом в Израиле и Италии) пообещал подчиниться законопроекту, если он будет принят и находится в рамках правового поля.

А вот силовики менее всех предпочитают зарубежную недвижимость, судя по их декларациям. К примеру, в МВД обладателем иностранной площади в Болгарии оказался только начальник управления по работе с личным составом МВД Валерий Новожилов. В Следственном комитете несколько человек могут похвастаться квартирой в Казахстане и Украине. По официальным данным, нет недвижимости и у главы СК Александра Бастрыкина. К слову, сотрудников ФСБ уже обязали отказываться от иностранных активов полгода назад.

Впрочем, как полагают эксперты, на практике вряд ли будет реализован столь жесткий вариант законопроекта.

— Несмотря на одобрение Кремля, законопроект будет принят, скорее всего, в какой-либо безобидной форме, когда чиновникам и другим лицам не придется отказываться от своих иностранных активов, — говорит политолог Григорий Голосов. — Люди, которые сами обладают такой собственностью, навряд ли согласятся принимать этот закон, они будут искать десятки способов, как его обойти.

С ним соглашается и президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов.

— Вероятно, чиновникам и силовикам придется подчиниться инициативе сверху скрепя сердце. Скорее всего, на практике просто будет реализована пиар-кампания по моральному очищению нашей властной верхушки, — замечает Ремизов.