Дом Шаймуллы Шагизиганова в Адмиралтейке решили не признавать культурным наследием - «История»

Комитет ОКН принял решение на основании осмотра, который проводился без ведома хозяина Дом на ул. Большой, 65 в процессе восстановления. Фото: Радиф Кашапов По документам определен, волонтерами покрашен «Реальное время» сообщало, что комитет по охране ОКН отказал во включении дома Шаймуллы Шагизиганова (Адмиралтейская слобода, улица Большая, 65), в перечень выявленных объектов культурного наследия и исключил его из списка объектов, обладающих признаками объекта культурного наследия. Заявление на включение объекта в список культурного наследия подавал программист и автор множества архивных фотографий в нашем издании программист Илья Евлампиев. Документы он собирал в Госархиве республики и запрашивал выписку из БТИ, чтобы получить дополнительную информацию о доме. Евлампиев купил его в 2021-м. Дом на улице Большой построили в конце XIX — начале XX века. Тогда он находился рядом со Второй Соборной мечетью Адмиралтейской слободы, она же 14-я, она же «Аитовская». Ее построили в 1898 году на средства купца 2-й гильдии Сулеймана Аитова, закрылась она в 1929-м, потом там работала школа, в 1980-м здание разобрали. Возможно, в одном из несохранившихся флигелей домовладения жил имам. Вторая Соборная мечеть Адмиралтейской слободы. взято с сайта commons.wikimedia.org (общественное достояние) Евлампиеву удалось найти оценку имущества, произведенную в 1883 году. Тогда им владела семья крестьянки Шамси-Зямаль Ягоферовой. Деревянный дом и земля в 252 квадратных сажени (1 147 квадратных метров) оценили в 60 рублей. В 1906-м дом и часть земли перешли к крестьянину Тазетдину Сагадутдиновичу Ягоферову. Название дали по имени собственника 1910 года (указан в инвентарном деле как год постройки) некоего Шаймуллы Шагизиганова. Известно, что он купил его 14 августа 1909 года. Первый год после покупки Евлампиевым дом пустовал. В феврале 2022-го здесь началась уборка, удалось сохранить около 90—95% бревен. В 2025 году домом занялись участники фестиваля «Том Сойер фест», благодаря этому он не только обрел свежий цвет и много резного декора, выпиленного под руководством реставратора Наиля Валиева. Также у здания стал более выраженный цокольный этаж. Шагизиганов был мещанином. предоставлено Ильей Евлампиевым Как проверить дом без хозяина? О том, что комитет решил не брать дом под охрану, Евлампиев узнал не по почте (куда ему должны были отправить ответ), а через официальный сайт. Вообще, отметим, это редкий случай, когда сам владелец просит внести здание хотя бы в список выявленных объектов ОКН, ибо охранный статус влечет за собой обязательства по ведению ремонтно-реставрационных работ. В настоящее время соответствующий приказ проходит антикоррупционную проверку. И вопрос у Евлампиева возник даже не к причинам (возможно, для специалистов это обычный средовой дом), а к технологии принятия решения. Если оно проводилось на основании осмотра объекта, то когда это происходило — неужели без ведома хозяина? А он ведь должен был подписать акт. Также нет сведений об экспертизе. Впрочем, позвонив в комитет, Евлампиев получив ответ, что в его случае это вовсе не обязательно. скриншот с сайта Яндекс.карты При этом совсем недавно СМИ и градозащитники обсуждали историю дома, где родился Мулланур Вахитов, и дома Гуревича — сначала эксперт Александр Мартынов не признал их ОКН, но после шума в социальных сетях и прессе, решение было изменено. Экспертизу назначили в ходе чистки обширного списка выявленных объектов (мы рассказывали, что некоторые из них находятся в таблице уже 25 лет, хотя по правилам должны рассматриваться в течение года). В 2025-м комитет заказал около 100 экспертиз. В комитете по охране ОКН «Реальному времени» сообщили, что акт предоставить не могут, поскольку он является внутренним документом и что приказ еще не принят. По нашим источникам, информация от владельца заставила их задуматься. В результате осмотр прошёл 24 марта и теперь стороны обсуждают статус ИЦГФО. Дерево и его охрана Старинные деревянные дома не так часто встречаются в охранных реестрах. А это значит, что их сохранность ложится на плечи собственников. В 2020-м в Кировском районе суде комитет по охране ОКН вступил в баталию с представителями регионального отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры по поводу «Офицерского дома» на ул. 1 Мая, 16, где жили несколько поколений руководства Порохового завода и офицеров с семьями. ВООПИиК указывал, что построили его в начале XIX века, а в 1941—1943 годах наш пороховой завод был единственным профильным действующим предприятием на территории СССР. Сторона комитета указывала, что здание имеет статус исторически ценного градообразующего объекта, а значит, находится под охраной. Кстати, таких зданий в Казани сейчас около 70. Суд общество тогда проиграло. Также деревянные дома попадают в новостные сводки в рубрику «происшествия». В ноябре прошлого загорелся нежилой дом XIX века на Волкова, 54. 14 декабря в пламени оказался один из последних деревянных объектов на Хади Такташа. 29 декабря сгорел ИЦГФО на Хади Атласи, 2, причем до этого то же общество охраны памятников пыталось обсудить судьбу дома с собственником. После пожаров, которые уничтожили два исторических дома в Казани на улице Волкова и Хади Атласи, не стали возбуждать уголовные дела, так как в МВД не нашли состава преступления. Об этом сообщил председатель комитета Татарстана по охране объектов культурного наследия Иван Гущин. На Хади Атласи уже ведутся восстановительные работы, в отличие от дома на Волкова, который после пожара стоит в аварийном состоянии с открытыми окнами и не огорожен забором. Радиф Кашапов